Книга Спор на любовь, страница 59 – Рия Адри

Очень опасная закономерность.

По дороге вниз башня молчала.

Словно устала вместе с нами.

В общем зале нас встретила госпожа Тарская. Она прочла запись журнала, увидела новую метку и поджала губы.

— Министерству это не понравится.

— Мне тоже не понравилось, — сказала я. — Мы в равных условиях.

Марьяна кашлянула, скрывая улыбку.

Ректор объявил, что восточная башня закрыта до утра. У дверей поставили его личную печать и магистра Сомова в качестве ответственного. Демьяну приказали покинуть башню.

Он остановился у входа.

— Если будет новая угроза...

— Башня вызовет ректора, — сказал Громов.

— Башня вызовет меня.

Взгляд Демьяна задержался на моём лице. Я выдержала его, хотя запястье под перчаткой отозвалось неприятным теплом.

— Только если угроза пройдёт через твою метку.

Демьян посмотрел на моё запястье.

— Она уже там.

Я прикрыла рукавом серебряный круг.

— До утра я в своей башне, со своей группой и без вашего присутствия. Это тоже зафиксировано.

Он поднял глаза к моему лицу.

— Спокойной ночи, Вельская.

Прозвучало как угроза.

И как обещание.

Я не ответила.

Когда дверь за ним закрылась, Кира сказала:

— Он ужасный.

Марьяна вздохнула.

— И красивый.

— Марьяна.

— Что? Ужасные люди тоже могут быть красивыми. Это одна из причин, почему мир плохо устроен.

Я всё-таки улыбнулась.

Слабо.

Усталость навалилась сразу после того, как ректор ушёл. Мы закрылись в общем зале, Ника заставила меня выпить горькую настойку, Сольвей вернула Рябинку на подоконник, а Кира проверила все окна, будто могла руками выявить древний родовой взлом.

Я должна была лечь.

Но сначала открыла журнал восточной башни и внесла всё: вестника, приказ, угрозу вскрытия, старый круг, условия, преобразованную защиту, запись на стене, связь с Сердцем, отбор, который не отменён.

Перо двигалось медленно.

Рука устала.

Метка под рукавом пульсировала слабее.

Когда я дописала последнюю строку, журнал вдруг сам перевернул страницу.

На чистом листе проступила короткая запись.

Не почерком башни.

Другим.

Резким, мужским, с тёмной искрой в конце строки.

Первый пункт засчитан. Защиту она приняла. Пари продолжается.

Я смотрела на фразу.

Сон ушёл сразу.

За спиной Марьяна тихо спросила:

— Арина? Что там?

Я закрыла журнал ладонью.

Поздно.

Кира уже стояла рядом и успела прочитать.

— Какое ещё пари?

Глава 10. Пари

После старого круга ночь не стала тише. Восточная башня дышала вокруг нас осторожным теплом, но за окнами гроза била по куполу, и каждый удар напоминал: мы выиграли только несколько часов, не войну. Девочки сидели кто где — Марьяна на подлокотнике кресла с журналом, Ника у стола с мазями, Кира у камина, Сольвей рядом с Рябинкой, Таисия в тени у окна. Лада и Иветта держались ближе к свету. У всех были разные лица, но одинаковое понимание: теперь вопрос был не в метке. Вопрос был в том, кто уже успел поставить на нас ставки.

Некоторые слова меняют воздух быстрее заклинаний.

Пари оказалось именно таким словом.

Оно лежало на странице журнала чёрной строкой, короткое, сухое, чужое. Вокруг ещё стояли чашки после ночной настойки, на кресле висел плед, у окна спала уставшая Рябинка, а за стенами восточной башни гремела гроза. Всё было тем же.

И всё стало другим.

Кира первой потянулась к журналу.

Я закрыла страницу ладонью.