Книга Истинная для бывшего мужа-дракона, страница 44 – Рия Адри

Арвен увидел это.

И улыбнулся.

Очень холодно.

— Вот теперь закон будет интересным.

Малхар резко повернулся к нему.

— Дракон, молчите.

— Нет.

Арвен встал. Подал мне руку. Я приняла и поднялась рядом. Ноги дрожали, но я стояла.

Он не отпустил сразу. Я тоже.

— Я, Арвен Рейс, глава дома Рейс, заявляю обвинение против Малхара Тейна в покушении на истинную связь, незаконном использовании крови дракона, управлении судьями через подчинённые цепи, краже душ и попытке занять тело в ином мире.

— Вы пристрастны.

— Да.

Зал смолк.

Арвен продолжил:

— Я пристрастен, потому что одна из жертв — моя истинная. Это не отменяет фактов. Судья Лаурис даст закон. Элира Саан даст свидетельство. Орвин даст технику. Мара даст связь с иным миром. А я дам кровь, которую ты украл.

Он вынул нож.

Провёл по ладони.

Кровь упала на каменный круг Совета.

Серебряное пламя вспыхнуло.

На полу проявилась скрытая запись.

Символы, подписи, линии ритуала. Та самая схема, где использовали кровь Арвена. Только теперь рядом с именами возникло ещё одно место.

Хранилище полного Совета.

Лаурис побледнела.

— Ритуал проводился с доступом к центральному архиву.

— Без моего разрешения, — сказал один из судей.

— И без моего, — добавила женщина в зелёной мантии.

Малхар молчал.

Слишком долго.

Потом сказал:

— Архивы Совета закрыты для обвиняемых.

Арвен посмотрел на него.

— Значит, ты боишься, что там найдут.

Старый судья поднял печать.

— Требую вскрытия хранилища.

— Поддерживаю, — сказала Лаурис.

— Поддерживаю.

— Поддерживаю.

Голоса пошли по рядам.

Малхар сжал треснувшую цепь.

И тогда золотой свет ударил во все стороны.

Судьи закричали. Колонны задрожали. Зеркало моего мира вспыхнуло снова. На миг я увидела палату: мама, врачи, кулон на груди моего тела. Потом изображение исчезло, потому что Мара, вскрикнув, удержала путь и закрыла его собой.

Малхар побежал.

Не наружу.

Вниз.

К центральному архиву.

— За ним! — крикнула Лаурис.

Арвен уже двигался.

Я пошла следом.

Он резко обернулся.

— Ты остаёшься.

— Нет.

— Лина.

— В архиве обратный узел. Если вы ударите без меня, можете закрыть путь домой.

Его лицо стало жёстким.

— Тогда идёшь за мной. Шаг влево без слова — и я вынесу тебя на плече, даже если потом будешь читать мне лекцию о свободе.

Я посмотрела на него.

— Принимаю при условии смертельной угрозы.

— Там других не будет.

Мы побежали вниз.

Лестница к архиву была широкой, чёрной, с золотыми знаками на ступенях. Впереди мелькала белая мантия Малхара. За нами — Тирн, Лаурис, Самуил, Орвин под охраной, Мара и Элира. Да, Элира тоже пошла. На дрожащих ногах, держась за стену, но пошла. Никто уже не пытался запереть женщин “ради их же блага”. Видимо, все поняли, что бесполезно.

Внизу двери архива были открыты.

Малхар стоял в центре круглого зала, окружённый тысячами зеркальных пластин. Каждая хранила запись суда, договора, приговора. Вверху, под куполом, горело золотое сердце Совета — огромный кристалл закона.

В руках Малхара был обратный узел.

Маленький предмет из моего мира.

Не кулон.

Не браслет.

Телефон.

Мой старый телефон с треснувшим экраном.

— Вот что держит дорогу, — сказал он. — Последний якорь. Ваши сообщения, фотографии, голос матери, имя, привычки. Достаточно, чтобы вернуть вас. Достаточно, чтобы стереть.