Онлайн книга «Пончик с озорным прицепом»
|
Алексеевна, у меня живот болит. — И больничный есть? — превращается в сахарную кобру начальница. Но тут же снова становится гюрзой ядовитой. — Нету значит. Воспаление хитрости. Ноги в руки — и в отель. Новый хозяин за сегодня должен все увидеть, и не дай бог будет в номерах срач. Не хочу. Я не хочу. Но пока у меня нет другой работы, не могу обрекать маленького сына на голод. Набираю номер Томки. Она не сразу отвечает. — Том, мне надо срочно... — Даша, у меня совещание. Закончится не скоро, — шепчет Томуська. — Не могу уйти. Что же делать? Что? Ванюшка смотрит на меня расстроенно, того и гляди заревёт. Все его планы рушатся. И во всём снова виноват герой-альпинист. Боже... — Одевайся, Ванят. Тебе же интересно, где я работаю? — чётко говорю я, стараясь не смотреть сыну в глаза. — Посидишь там в комнате для персонала немножко. Там телек есть и конфеты. Мне некуда деваться. Некуда. Загнана в угол. И Даров наверняка не пойдёт в каморку под лестницей. Ну каков шанс, что мой сын встретится с... С... С героем-альпинистом, блин? — А потом заедем во дворец спорта. — Обещаешь? — загораются глазёнки моего мальчика. — Тогда я клюшку возьму с собой. — Только без шайбы, — напрягаюсь я. Мой маленький сын способен клюшкой и шайбой ушатать дворец спорта до состояния сарая, что там ему гостиница. — Ладно, — лучезарная улыбка у Ванюшки. Улыбка Игоря Дарова. И я тащу ребёнка в самое логово этого злобного гада, хотя до одури боюсь, что он узнает о сыне. Может, страхи мои и надуманы. Игорь не снизойдёт до шастания по комнатам персонала. Да даже если и увидит мальчика — мало ли чей он, правда же? Я пытаюсь себя успокоить. Выходит фигово. — Но шлем я надену. — Надеюсь, хоть без коньков обойдёмся, — натужно улыбаюсь я. — Весной? Мам, асфальт везде. На коньках неудобно сейчас... Ма, ты чего? Не успеваем мы, конечно, через полчаса. Выскакиваем из дома спустя двадцать минут, похожие на местных сумасшедших. Я нарядная, в куртке наизнанку, домашних сапожках и шарфе с котятами. Ванька в хоккейном шлеме и с клюшкой, карман курточки топорщится подозрительно, но мне сейчас некогда об этом думать. Ваньке весело, мне страшно. Предчувствую миллиард проблем. — А если бы у нас был папа... — пыхтит Ванька. — Он бы нас на машине отвёз. На автобусе тоже ничего. Но на джипе... — Ваня, у нас нет папы. И нам не нужен никто. Ты слышишь? Никто, — надсадно стону, глядя в глазёнки моего мальчика. Они у него серые, с тёмной окантовкой по радужке. Дар от Дарова. Может, вернуться домой. Чёрт с ними, пускай увольняют. — Ты врёшь. Нужен! Нужен! Ясно? И я стану хоккеистом самым лучшим, чтобы папа мог мной гордиться, поняла? Если бы он живой был, он бы точно гордился. Я с трудом сдерживаю слёзы. Притягиваю к себе покрасневшего мальчишку. Какая я дура. Ну пусть у него будет герой. Пусть выдуманный. Ведь его настоящий папа совсем не храбрый полярник. Он предатель и трус. И он сейчас сидит в пентхаусе отеля, в который тащу моего мальчика. — Прости, — шепчу в крошечное розовое ушко. — Просто я... Я тебя очень люблю и никогда никому не отдам и не позволю обидеть. — А я и не нужен никому, — всхлипывает Ванька. — Мне нужен. Слышишь? |