Книга Пончик с озорным прицепом, страница 10 – Инга Максимовская

ГЛАВА 5

ГЛАВА 5

Дарья

— Видала у него татушку, ма? Вот тут, на плече, — Ванятка тычет пальчиком на свою ключицу,

восторженно сияя глазенками. — Там бульдо с зубками. Видала? Дядька тоже хоккей любит. Это

нашей городской команды талисман, эта собака.

Видала. Даже помню, как Игорь её набил. И почему тоже помню. После травмы. Он сломал

ключицу, я буквально заставила его поехать в травмпункт. Под клыком у татушного булдога

рваный старый шрам. Зашили плохо разодранную кожу.

Я всё помню. До мельчайших деталей. Лучше бы забыла. Дура. Ребёнка своего сама отволокла в

пасть проклятого бульдога.

— Татушку не видала. Зато видела, как ты разговаривал с незнакомым мужчиной. Сколько раз я

тебе говорила, что нельзя болтать не пойми с кем, — господи, ну вот зачем я. Ванька ни в чём

не виноват. Он просто ребёнок. И злюсь я сейчас совсем не на него, а на себя. — Вань, ну

когда уже ты станешь слушаться? Я же просила шайбу не брать.

Ванька супится, вид виноватый. Смешной и трогательный. И я его не отдам никому и ни за что.

— Ну, ма. Мне скучно было. А с дядькой я не мог не разговаривать. Надо же мне было понять,

что я его не до “акмнекзии” зашиб. Папа бы тоже не бросил дядьку в беде.

Я вздыхаю. Сил нет на то, чтобы сказать сыну, что папа его героический просто моя выдумка.

— Тебя теперь уволят, да?

— Нет, ну чтот ты, — горько выдыхаю. А что сказать? Что я сама уволюсь. Что нам с Ванькой

придётся пока забыть про шоколадные шарики на завтрак и хоккейную секцию? Что я должна

сказать сыну? Что я бегу с работы, которая нас кормит, потому что дядька, которого он

вырубил — его папаша подонок?

— Далеко собралась, Дарья? — о, нет. Только не это. Противный издевательский голос

начальницы настигает нас с Ванькой прямо у стеклянной раздвижной двери. А ведь свобода была

так близка. — Твой рабочий день не закончен. Я тебя не отпускала. Хозяин приказал убрать его

номер. Это твоя территория.

— Свет, ну пусть Лариска у него уберёт, — выдыхаю я, медленно поворачиваясь к питонихе.

Лариска ей придумала кличку, которая невероятно подходит красотке. — Пожалуйста. Мне нужно

сына отвести домой.

— Теть, мама не обманывает. У меня живот болит, — лучезарная улыбка Ванятки может растопить

сердце любого, но не моей начальницы.

— И нога, наверное? — хмыкает Светлана. — УК вас это заразное, похоже. Какая-то семейная

хворь? Короче, Дарья. Я тебя не отпускаю.

— Тогда увольняй, — я ни за что не пойду убирать номер Дарова. Даже если меня расчленят,

расфасуют по мешкам и раскидают по пентхаусу. Ни-за-что.

— Ма, ты чего. Нельзя увольняться. Нам денежки нужны, — шепчет Ванька.

— Не могу, — Светка скалится. Господи, да в чём дело? Она же уже полгода как спит и видит,

как бы меня вышибить. — Ты же у нас мать одиночка.

— Тогда я сама увольняюсь, — что я творю. Ванюшка меня за руку дёргает. А я явно схожу с

ума. Мне просто нужно сбежать отсюда, спрятаться. Ведь там, в чёртовом пентхаусе, залёг

самый страшный хищник на нашей прекрасной планете. Он опаснее саблезубого тигра. Потому что

он может отнять у меня самое дорогое, что есть на свете.

— Ну, твоё право. Но по договору ты обязана отработать две недели. Ты же не хочешь получить

штрафы и судебные издержки. Игорь... — пауза. Господи. Он что, уже со Светланой наладил