Книга Другие американцы, страница 154 – Лайла Лалами

Конечно, ему нельзя было садиться за руль в тот вечер. Но Хелен не могла водить машину из-за тремора, а невестка не хотела иметь ничего общего с боулингом. Мы стремились развивать свой бизнес, и другого выбора у нас не было. Да и садился за руль он всего пару раз, когда некому было его подвезти. Тот сосед, которого он сбил… это был несчастный случай. Эй-Джей ни в чем не виноват, но не сомневаюсь, что, учитывая его послужной список, они представят все так, будто он сделал это нарочно. Я знаю, что мой сын – хороший парень. В глубине души. Как хотелось бы протянуть мостик из прошлого в настоящее, вернуть старое. Может быть, именно поэтому я и пытаюсь все вам сейчас объяснить.

Через пару дней после моего ареста какая-то журналистка залезла в мои соцсети, вырвала из контекста пару цитат и комментариев и выставила меня монстром. Читатели «Дезерт сан», конечно же, проглотили наживку. Забавно, все только и делают, что прославляют культурное многообразие, но как только поднимаешь тему культуры белых, набрасываются на тебя и начинают оскорблять. Кто-то отправил в редакцию газеты письмо, в котором обозвал меня расистом. Так сейчас называют всех белых гетеросексуалов. Все вокруг могут гордиться своим происхождением, но только не я, так, что ли?

Что меня больше всего взбесило, так это то, что, как только я внес залог и вышел на свободу, некоторые стали вести себя так, как будто я и правда монстр, с рогами и клыками. Но я не монстр. Я такой же, как все: люблю свою семью, играю с собаками, покупаю на заправке лотерейные билеты, целыми днями фантазирую о том, что бы сделал, если бы выиграл миллион долларов. Если я чем-то и отличаюсь от всех остальных, то только пониманием того, что несу ответственность за то, что происходит в моей жизни. Например, когда я закончил колледж, страна переживала тяжелый экономический кризис, но я не сидел сложа руки и не изображал жертву, как делали многие. Я занял немного денег у родителей и открыл собственный бизнес в Ирвайне – детский сад для собак.

Конечно, отец всему этому не сильно радовался. Он скупой и не считает, что собаки – это хорошее вложение денег, но мама уговорила его. И он ошибся, потому что мой детский сад процветал. «Лапы и когти» – так он назывался. Помимо дневной передержки я предлагал и множество других услуг, таких как груминг и содержание собак в питомнике. К концу первого года у меня сформировалась солидная клиентская база из местных программистов, которые работали допоздна и у которых не было времени выгуливать собак или играть с ними. Я женился на подруге по колледжу Аннет, и у нас родилась дочка. Все было прекрасно. Мы были счастливы, но я осознал это только через три года, когда наше счастье рухнуло.

В тот день я возвращался после прогулки с двумя золотистыми ретриверами и хаски, и вдруг одна из моих новых клиенток выскочила из машины и бросилась ко мне. Ее звали Грейс Чин. Хаски начал лаять, так агрессивно вела себя женщина, и мне пришлось сначала успокаивать его, чтобы понять, что она говорит. Хотя это все равно не помогло, она очень плохо владела английским. Но я догадался, что она хочет забрать Орешка, джек-рассел-терьера, которого она оставила у меня на выходные.

— Одну минутку, – сказал я. Мне нужно было завести больших собак внутрь. Она бросила «лексус» посреди дороги с включенными аварийными огнями, помню, у меня возникло от этого дурное предчувствие; я подумал, что что-то нехорошее должно случиться. Я завел двух золотистых ретриверов и хаски в вольеры, снял с них поводки и вернулся за джек-расселом. Я услышал, что сзади звякнул дверной колокольчик, и понял, что Грейс Чин зашла внутрь.