Книга Другие американцы, страница 107 – Лайла Лалами

— Какой-то абсурд, – сказала Нора.

— Так и бывает обычно, – ответил я. – Абсурдное кажется обыденным, а обыденное – абсурдным. А теперь десерт?

Я достал из духовки противень с шоколадными брауни. Прежде чем подать их на стол, я добавил на каждое пирожное немного взбитых сливок. Неплохо, подумал я, и к тому же с легким привкусом ванили. Но Нора не стала есть свою порцию.

— Ты не любишь брауни?

— Люблю, но я уже наелась, – сказала она, похлопав себя по животу. – Если съем что-нибудь еще, осядет на бедрах.

Я засмеялся, но потом понял, что она говорит серьезно.

— Иди сюда на минутку, – сказал я, отодвигая стул, чтобы она могла сесть ко мне на колени. Я прижал ее к себе и провел рукой по ее ногам и бедрам. – У тебя красивые бедра. – Я положил руку ей на грудь. – Но больше всего в тебе мне нравится это.

— Моя грудь?

— Твое сердце.

Наше глаза встретились, и она отвернулась.

— Не говори таких вещей, Джереми.

— Почему?

— Это все усложняет.

— Все и так уже сложно.

Снаружи сверчки исполняли ночную серенаду, я услышал их только теперь, когда ждал, что она мне ответит. Когда она наконец снова повернулась ко мне, я заметил, что она смотрит на меня как-то по-новому. Что-то изменилось в этот момент. Я наклонился к изгибу ее шеи, но тут кто-то позвонил в дверь, и я пошел открывать.

— Чувак! Что случилось? Ты опоздал.

На пороге стоял Фиерро в футболке, джинсах и бейсболке, в которой обычно ходил в тир. Я разозлился на него за то, что он испортил мне ужин с Норой, на себя – за то, что обещал ему пойти в тир, и снова на него – за то, что он не забыл об этом моем обещании.

— Черт, у меня вылетело из головы.

Я так и стоял на пороге, но он обошел меня и вошел в дом, сразу же уловив запах еды и цветов и женское присутствие. Я пошел в столовую вслед за ним, странный комок образовался у меня в груди. Плавным движением Нора встала из-за стола и подтянула бретельку платья, которая сползла с ее плеча.

— Не знал, что ты не один, – сказал Фиерро.

Нора улыбнулась Фиерро, Фиерро улыбнулся Норе, и оба посмотрели на меня.

— Извините, – сказал я. – Нора, это Брайан Фиерро. Брайан, это Нора Геррауи.

— Приятно познакомиться, – сказала Нора и протянула руку.

— И мне приятно.

— Классная футболка.

— Тебе нравятся «Кайас»? – ухмыльнулся Фиерро. – Я их обожаю. Пару лет назад я был на концерте Джоша Хомме в Палм-Спрингс. Он был великолепен. Хочу сходить еще раз, когда он приедет в Вегас в октябре.

— Может быть, завтра вечером в тир сходим? – предложил я.

— Ты когда-нибудь была на концерте Хомме? – спросил Фиерро.

— Нет, – ответила Нора, – но не сомневаюсь, что он замечательный.

— Да он просто отпад!

— Я где-то читала, что у него новая группа с Джоном Полом Джонсом.

— Верно, два года назад они выступали на фестивале «Коачелла».

— Да послушай, наконец. Мы можем сходить в тир завтра.

Фиерро раздраженно повернулся ко мне:

— У них на вечер вторника специальное предложение. И еще я хотел опробовать свой новый «глок».

— Все нормально, – сказала Нора, взяв сумочку. – Я как раз собиралась уходить.

Но я не хотел, чтобы она уходила. Я хотел, чтобы она осталась, говорила со мной, провела со мной ночь и прижималась ко мне во сне. Я хотел, чтобы ушел Фиерро, чтобы он перестал постоянно ко мне цепляться и жил бы своей жизнью. Когда она вышла из дома, я вышел за ней и закрыл за собой дверь. На улице стало заметно прохладней, она дрожала в своем летнем платье.