Книга Дом стыда, страница 32 – Лин Йоварт

— Возможно, – ответил Ожье, не в силах скрыть отвращение. – Скажите, миссис Уоттл, каково было работать с миссис Монтагью?

Вопрос стажера смутил повариху.

— Вы не хотите спросить меня, кто, на мой взгляд, убил Стеллу? – Она посмотрела на Элеонору, потом опять на Ожье, зажала рот ладонью и драматическим жестом прижала ее к груди, растопырив пальцы. – Неужели вы думаете, что Дениз… Нет, да ведь она…

— …и мухи не обидит? – закончил вместо нее Ожье. – Это она просила вас так говорить?

Миссис Уоттл оскорбленно нахмурилась, словно вдруг засомневалась, можно ли доверять молодому полицейскому.

— Да. Она никому не дает спуску и любит, чтобы все ходили по струнке. Нагоняет на некоторых просто дьявольский страх. Да что там говорить – почти на всех. Но это не делает из нее убийцу. Я вам честно заявляю и денег не попрошу. – Повариха откинулась назад и сложила руки на груди. – Дениз Монтагью виновата не больше, чем я.

Элеонора заподозрила, что некоторые фразы повариха позаимствовала прямиком из сериала «Кто убийца?».

— Да что вы говорите, – сказала она. – То есть если вы обе виноваты и обе замешаны в этом деле, то ваши слова можно расценить как правдивые, но в то же время вводящие в заблуждение?

— Что? – Бедная женщина переполошилась. – Нет, вы меня не так поняли. Я не это имела в виду. – Она стряхнула с передника воображаемую муку, посмотрела на часы и поднялась. – Мне надо всех обедом кормить. – Нервно улыбнулась. – Я сегодня расстаралась, ведь это наш последний день в Хэрроуфорде… Требуха в белом соусе. – Она сделала паузу и вздохнула. – Вы же составите нам компанию?

Элеонора побоялась, что стажера опять одолеют рвотные позывы, но тот лишь посмотрел на повариху с выражением безграничного отвращения. Детектив покачала головой и тактично ответила:

— Прошу нас извинить. Нам нужно вернуться в полицейский участок Хоршема. Много бумажной работы.

Когда повариха ушла, Ожье буркнул:

— Все эти сказки про «не обидит и мухи» – фигня на постном масле. Монтагью каждой втемяшила повторять эти слова, причем настолько, что они боятся что-то сболтнуть от себя.

— Похоже на то… Хорошо, давайте проработаем гипотезу, что Стеллу убила Монтагью. Повторю ваш собственный вопрос: какой у нее мотив?

Ожье посмотрел по сторонам.

— В таком месте каждый кирпич хранит какой-нибудь секрет. Сотни и сотни секретов. Все эти дешевые шалавы… – он быстро поправился, – все эти девушки, скрывшие от своих парней или родителей, что нагуляли ребенка, сделают что угодно, лишь бы люди ничего не узнали. Стелла Чэпмен провела здесь столько времени, что вволю на них насмотрелась.

— Говоря «на них», вы имеете в виду секреты или дешевых шалав?

Ожье на секунду замялся.

— Секреты. Могу поспорить, что Стелла пригрозила что-нибудь выболтать о какой-нибудь подопечной, родившей здесь ребенка. Какой-нибудь сегодняшней знаменитости вроде кинозвезды. И когда Стелла начала ее шантажировать, той пришлось от нее избавиться.

Элеонора не могла исключить такую возможность. Если так, они будут иметь дело не с одной подозреваемой и небольшой группой, имеющей алиби, а потенциально с сотнями, если не с тысячами подозреваемых, желавших смерти Стеллы. Такое нельзя докладывать Коттеру сегодня вечером. В большом количестве подозреваемых ее вины, естественно, не было, однако Коттер обязательно спросит, почему она не сузила круг до одного-двух человек. Что совершенно нереально сделать. Но попробуйте объяснить это Коттеру, который только и ждет, чтобы ее срезать.