Книга Над темной водой, страница 135 – Алексей Макеев, Николай Леонов

Он оторвал взгляд от стекла, потянулся, почувствовав скованность в плечах. На часах было без двадцати шесть. Город просыпался. А его мозг уже работал.

— Значит, фокус на организаторе, — сказал Крячко, не открывая глаз, как будто читая его мысли. — Анна Соколова — главный кандидат. Что делаем? Вызываем на допрос? Ставим на наблюдение?

— И то и другое, но осторожно, — ответил Гуров. — Однако допрос без серьезных улик может лишь спугнуть. Наблюдение — да, уже поручил. Но этого мало. Перчатки S — это улика, но она не приведет нас прямо к ней. Нужно нырнуть глубже.

— Куда глубже? В ее прошлое? Связи?

— В ее цифровой след, — четко произнес Гуров. — Тот, кто организовал подставу, думал о физических уликах. Блендер, карта, перчатки. Но в современном мире есть следы более незаметные. Цифровые. Если Анна Соколова готовила саботаж или ее кто-то вербовал, это не могло не оставить след в ее телефоне, в соцсетях, в истории браузера. Возможно, она что-то искала в интернете: про токсины, про болезни, про доступ к медкартам. Возможно, с кем-то переписывалась. Возможно, кто-то подсказал ей, как устроить подставу. Все это хранится либо у нее на устройствах, либо у провайдера.

Крячко открыл глаза, сел прямо. В его взгляде вспыхнул знакомый азарт охотника, учуявшего новый след.

— Логично. Ордер на выемку данных у оператора связи и на обыск с изъятием ее гаджетов. Я к утру подготовлю ходатайство. Основания есть: она — лицо из ближнего круга жертвы с конфликтом; новые вещдоки (следы перчаток S) указывают на причастность лица с маленькими руками к подбросу улик; требуется проверка ее цифровой активности на предмет подготовки к преступлению.

— Именно, — кивнул Гуров. — Но это еще не все. Ордер — это хорошо, но это время. Пока суд рассмотрит, пока провайдер ответит… А мы можем потерять темп. Поэтому параллельно я хочу получить доступ к данным, которые уже есть здесь и сейчас.

— Каким? — насторожился Крячко.

— Wi-Fi-сеть ресторана, — сказал Гуров, и в его голосе прозвучала твердая, не терпящая возражений нота. — «Императорский вкус» предоставляет гостям бесплатный Wi-Fi. Для доступа нужен номер телефона. Значит, есть логи подключений, есть MAC-адреса устройств, возможно, есть история посещенных сайтов. Если Анна Соколова или кто-то другой из сотрудников что-то искал с рабочего места или со своего телефона через эту сеть — след останется там. И эти данные хранятся на локальном сервере ресторана. Их можно изъять быстро, по запросу, как вещественное доказательство. Без долгих судебных процедур с оператором.

Крячко присвистнул, оценивая масштаб замысла. Он, практик, сразу увидел и возможности, и подводные камни.

— Это хардкор, Лев. Изъятие логов целой сети — это объем гигантский. IT-специалисты ресторана будут упираться, скажут, что это нарушение работы, что данные конфиденциальны. Адвокаты начнут кричать о неприкосновенности частной жизни. Орлов точно не обрадуется.

— Я знаю, — спокойно ответил Гуров. — Но другого пути нет. Мы должны опередить того, кто все это спланировал. Он думал о физических уликах, но мог пренебречь цифровыми. Или посчитать, что мы до них не доберемся. Это наша возможность. Что касается Орлова… ему нужно представить это не как прихоть, а как необходимый, логичный шаг в расследовании федерального дела об убийстве с применением сложного синтетического токсина. Мы ищем сообщника или организатора. Цифровой след — ключевое направление. Если он не даст добро, мы пойдем через суд, но потеряем время.