Книга Танцор Ветра. Том 4, страница 18 – Константин Зайцев

— Я создам лишь базовый контур, используя краску и вкладывая в каждую линию свою эссенцию. Это будет фундамент, основание. Но истинный узор, истинная сила татуировки проявится сама — когда твоя собственная эссенция откликнется на мою и завершит рисунок. Каждая татуировка уникальна, младший. Она отражает суть того, кто ее носит. Его природу, его путь, его судьбу. Я не знаю, какой она станет у тебя. Никто не знает, пока процесс не завершится.

Он сделал еще одну паузу, и его взгляд стал жестче.

— Но ты должен терпеть. Не кричать, не дергаться. Любое неосторожное движение может сбить узор, и тогда придется начинать заново. А это будет еще больнее. Понимаешь?

— Понимаю, старший брат, — ответил я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.

Кремень кивнул и достал из ящика небольшой керамический флакон. Открыв его, он налил на ладонь густую маслянистую жидкость темно-янтарного цвета. Запах был резким, лекарственным — я узнал масло призрачного дурмана, смешанное с чем-то еще. Возможно, корицей и камфорой.

— Это масло усилит духовную проводимость, — объяснил он, растирая его между ладонями. — Оно откроет твои каналы, сделает кожу более восприимчивой к эссенции. И да, оно тоже будет жечь, словно я пытаю тебя каленым железом.

Он наклонился надо мной и начал медленно, круговыми движениями, втирать масло в мою грудь. Его руки были теплыми, движения — уверенными и точными. Сначала я не чувствовал ничего особенного, но через несколько мгновений кожа начала гореть. Не как от огня, а как от морозного ветра — острая, покалывающая боль, что заставляла нервы просыпаться и обостряться.

Я сжал зубы, но не издал ни звука. В зеркале я видел, как кожа на моей груди краснеет, а Кремень продолжает свою работу, втирая масло все глубже и глубже, словно пытается достучаться до самого сердца.

Когда он закончил, моя грудь пылала, словно я лежал под палящим солнцем. Но это было только начало.

— Теперь медитация, — сказал Кремень, отступая на шаг назад. — Закрой глаза. Дыши глубоко и ровно. Почувствуй свою эссенцию. Почувствуй, как она течет по твоему телу, как пульсирует в груди, как струится по рукам и ногам. Почувствуй ее цвет, ее вкус, ее звук.

Я закрыл глаза и сосредоточился на дыхании. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Мир вокруг начал отдаляться, звуки приглушились, а запах благовоний стал частью меня самого. Я нырнул внутрь себя, туда, где находился центр моей силы.

Эссенция откликнулась. Я почувствовал ее — двойную, противоречивую, невероятную. Ветер и смерть. Две силы, что не должны были существовать в одном теле, но каким-то чудом уживались во мне. Ветер был легким, текучим, стремительным — он рвался на свободу, жаждал движения, простора бескрайнего неба. А смерть… смерть была холодной, неумолимой, вечной. Она не двигалась — она просто была, тяжелым грузом покоясь в самой глубине моего существа.

Я слышал, как Кремень тоже погружается в медитацию. Его дыхание замедлилось, стало глубоким и размеренным. Я чувствовал его присутствие — мощное, тяжелое, как скала. Его эссенция была подобна скалам, такой же непоколебимой, вечной и терпеливой, но в то же время в любой момент готовой обрушиться на противника. Там, где моя была легкой и холодной, его была плотной и теплой. Земля против воздуха. Камень против ветра и тьмы.