Книга Город Госпожи Забвения, страница 147 – Алекс Феби

Адам приблизил картинку, еще приблизил, чтобы Беллоуз и Анаксимандр смогли увидеть прежде всего, что у замка есть окна, а за одним из них располагалась комната, в которой можно было увидеть Королеву фей, миниатюрную и прекрасную, облаченную в платье, изготовленное из паутинки и золотой пыли. Потом Адам таким же способом, каким увеличивал картинку, уменьшил ее, увел вдаль, пока изображение не превратилось в муравьиную кучу с замком наверху.

Пониже располагался развернутый флаг, на котором было написано «Ши Королевы Тили».

Анаксимандр поднял голову.

— Что означает слово «Ши»? А еще, если «Тили» не имя, то что оно означает?

На сей раз у Беллоуза не нашлось аргументов против прерывания, и потому Адаму пришлось перевернуть страницу на пустую, где он нарисовал диаграмму «ши», короткая этимологическая справка описывала происхождение этого слова, согласно которой «ши» означало курган, в котором могли жить феи, скрытые от человеческих глаз, если только их не выманивали заклинанием. «Тили» оказалось именем, к этому прилгалось генеалогическое дерево королев, которые носили его.

Анаксимандр кивнул.

— Вот еще одна ущербность выдумки по сравнению с реальностью – появляется нужда прерывать историю, чтобы понять выдуманные элементы, поскольку мы не можем их знать через знакомство.

Адам раздраженно зашелестел страницами.

— Только не сочти это за оскорбление! – взмолился Анаксимандр. – Я буду счастлив услышать продолжение.

По другую сторону огня застонала Кларисса, словно ей снился дурной сон, но вскоре ее стоны прекратились, и Адам перевернул страницу, возвращаясь к истории. Теперь он сосредоточился на земле перед замком, где между цветами мелькали две фигуры.

— Это, – прошептал Анаксимандр, – пара фей, которые на титульной странице что-то нашептывали младенцу.

Теперь Беллоуз кивнул, и Анаксимандр притиснулся к нему, чтобы они могли телами согревать друг друга, и впервые за всё время, которое каждый из них мог помнить, мальчик не отпрянул от собаки.

— Мы можем предположить, – сказал Беллоуз, – что между ними и ребенком и в дальнейшем будут контакты.

Вот как это подтвердилось.

В образах и словах, звуках и иногда песнях Адам демонстрировал читателям, как феи – которых звали Примула и Померелла, – покинули безопасность ши. Он показал, как на них напали феи из соперничающего кургана, и из-за этого они потерялись, и он показал, как они случайно нашли люльку с младенцем. В пассаже, в котором внутри одной истории рассказывалась другая – этот пассаж был озаглавлен «Грустный и счастливый великан» – Адам дал понять своим читателям, что Примула и Померелла видели в младенце совсем не того, кого видели его родители, то есть не невинное дитя, а колосса их мифов – существо, способное на огромные разрушения изящных обиталищ фей, в которых жили они и их враги. Вдвоем они составили план и, заручившись помощью фей из других ши, украли дитя у родителей, унесли его в сетке, сплетенной из паучьих ножек.

Потом они улетели вместе с ним в их земли и там держали его в дупле мертвого дерева.

На одной из страниц Адам изобразил обманки в виде серебряных и золотых цветов, лепестки которых опадают внутри черного ствола. Это заклинание привело малютку в восторг, убедило, что он находится среди самых прекрасных игрушек, и с того момента и до конца мальчика всегда изображали с двумя разными ирисами, с цветами из драгоценного металла, и Беллоуз с Анаксимандром могли видеть эти чары.