Книга Влюбленный Уайльд, страница 22 – Элоиза Джеймс

— Извините за каламбур. Это было ужасно невоспитанно с моей стороны. Я провел слишком много времени за пределами Англии.

С этим Уилла была согласна, поэтому промолчала.

— Я не собираюсь посягать на ваше целомудрие. — Его глубокий низкий голос прозвучал резковато. — Я не привык следить за своим языком, к тому же у меня есть дурацкая слабость к каламбурам. К любой игре слов, если честно.

В таком случае он не принадлежит к высшему обществу, потому что если английские джентльмены что-то и делают, так это следят за своей речью. Возможно, именно поэтому он столько лет странствовал по миру — чтобы не нужно было постоянно думать перед каждым своим высказыванием, какие последствия оно может вызвать. От этой мысли Уилла испытала странное чувство, смесь зависти, осуждения и настороженности, все три переплелись вместе.

Уилла молчаливо приняла его извинения и пробормотала:

— Я думала, что для писателя внимание к языку очень важно.

Его пальцы скользнули по ее руке выше локтя, оставляя за собой горячий след на ее коже.

— Мне нравится связно излагать мои впечатления на бумаге, — просто сказал он. — Но я и не представлял, что обрел столько поклонников.

— Ваших читателей?

— Дамы, которых я встретил в гостиной, по большей части не читательницы. Кажется, они очарованы персонажем пьесы, а он не имеет никакого отношения к моим книгам. — Его взгляд был печальным, но искренним. — И, уверяю вас, меня это не радует.

Уилла старалась не думать о том, что он стоит к ней очень близко в этом темном коридоре. От него пахло мятой.

— Меня так долго не было в Англии, что я забыл многие правила, но самые важные помню. Например, это. — Он взял ее кисть и снова поднес пальцы к своим губам. — Это правило мне нравится. Какой замечательный способ здороваться с женщиной, прощаться с ней или извиняться перед ней.

Он коснулся губами ее руки, и Уилла почувствовала всем телом нечто вроде шока. А за ним последовало острое чувство стыда. Она не собиралась поддаваться обаянию такой публичной личности, и не важно, рад он своим поклонницам или нет. Она отдернула руку и холодно кивнула.

— С вашего разрешения, лорд Аларик.

Она прошла мимо него и направилась в безопасность гостиной и к своим поклонникам — молодым людям, каждый из которых мог бы без подсказки вспомнить более сотни правил поведения, а если дать ему время, вероятно, и втрое больше. Она знала, что лорд Аларик смотрит ей вслед, и не оглянулась.

Диана и Лавиния стояли рядом и смотрели в окно. Уилла заставила себя подойти к ним спокойной походкой, притворяясь, что ее сердце не колотится с бешеной скоростью, а щеки не пылают.

— На что это вы смотрите? — Она тоже посмотрела в окно. Диана издала звук, похожий на всхлип. И тут Уилла вдруг увидела, что плечи Дианы трясутся, а Лавиния стоит так, чтобы заслонять ее от посторонних взглядов. Уилла поспешно достала из сумочки с шитьем платок. — Что-то случилось?

— О нет, — не очень убедительно ответила Диана, промокая глаза платком. — Просто я очень устала. Вчера я была в пути всю ночь, моя мать не хотела оскорбить его светлость своим поздним приездом, но вынуждена была задержаться в Лондоне по делам. Она послала меня с моей горничной вперед, зная, что леди Грей сможет побыть моей компаньонкой. Поездка была очень утомительной.