Книга Влюбленный Уайльд, страница 20 – Элоиза Джеймс

Целуя руки и принимая все новые комплименты, большая часть которых не имела никакого отношения к его книгам, а относилась к его сценическому образу влюбленного болвана, Аларик мысленно разбирался в различиях между Уиллой и, скажем, пиратом. Слово «очарование» не совсем подходило. Хотя бы потому, что ему никогда не хотелось поцеловать пирата. А Уиллу Ффинч он хотел целовать, закрыть ее дерзкий рот поцелуем и заставить замолчать, а потом снова убедить ее разговаривать. От этой мысли у него закружилась голова, а вслед за этим накатила тошнота. О чем, черт побери, он думает?

— Лорд Уайльд, — повторила дама.

Аларик спохватился, что потерял нить разговора.

— Я прошу прощения, — сказал он. — Вы рассказывали мне о вашем предке, служившем в Ост-Индской компании.

Дама кивнула.

— У меня есть его дневник, и мы с мужем думаем, что вы тот человек, который превратит его в книгу. Он, знаете ли, был ужасно храбрым. Пугающе храбрым. Это наша семейная черта, мой сын пошел в него.

Аларик подумал было, не объяснить ли ей, что он не пишет по найму, но потом отбросил эту мысль.

— Ваш сын тоже работает в Компании?

Дама возмутилась:

— Не думаю, что меня можно принять за мать взрослого мужчины!

— Маргарет, — вмешалась леди Ноув. — Твоему сыну всего шесть лет. Думаю, он еще недостаточно долго живет на свете, чтобы успеть продемонстрировать фамильную храбрость.

После этого Аларик перестал прислушиваться к разговору. Он подозревал, что Уилле нет дела до ее собственной красоты или до того, сколько лет ей можно дать на вид. Скорее даже наоборот. Восхваления ее оттолкнут. Все эти бедняги, которые ухаживали за ней в этом сезоне, вероятно, посвящали поэмы ее глазам. А она одаривала очередного поэта милой улыбкой, делала вывод, что он дурак, и пропускала мимо ушей все, что он говорил дальше.

Тетя ткнула его локтем в ребра.

— Аларик, мисс Хейверлок задала тебе вопрос.

— Какое наказание вы назначили каннибалам? В пьесе эта история почему-то осталась незаконченной, — щебетала мисс Хейверлок.

Она явно надеялась услышать, что он истребил целое племя людей, с которыми никогда не встречался. Его улыбка превратилась в гримасу.

— Мисс Хейверлок, я никогда в жизни не встречал ни одного каннибала. Эта пьеса — выдумка, сочиненная человеком, который со мной никогда не встречался.

Казалось, его слова даму не убедили, и она продолжила:

— Тогда что же на самом деле случилось в шестой главе «Широт Уайльда»?

— Все было в точности так, как я описал, — ответил Аларик. — У меня не очень богатое воображение, я просто записываю то, что происходит.

— Невероятно! — воскликнула она, кокетливо улыбаясь. — Отдаю вам должное, лорд Уайльд, я не из тех, кто сторонится правды. Я прекрасно знаю, что туземцы из одежды носят только скорлупу кокосовых орехов, прикрепленную к определенным местам.

Аларик еле сдержался, чтобы не зарычать на нее.

— А вы придумали одежду, чтобы пощадить чувствительность ваших читателей, — упорствовала мисс Хейверлок. — Но мой дядя совершил путешествие к антиподам, он рассказывал, что туземцы ходят практически обнаженными.

— В Тихом океане много островов, — сказал на это Аларик, — и народы на них одеваются совершенно по-разному.

Он и не собирался поворачиваться и следовать за Уиллой Ффинч в другую часть комнаты. Это было бы нелепо — к такому выводу Аларик пришел в тот самый момент, когда заметил, что она выходит за дверь.