Книга Сопротивляйся, страница 127 – Мария Летова

Отшвырнув телефон на стол, я иду открывать дверь, потому что нашу с Мишей квартиру сотрясает писк дверного звонка.

Черт возьми, я ведь просила его не приходить, но когда упираюсь глазами в яркие голубые глаза напротив, просто радостно улыбаюсь.

Будто это мне пять лет, и я увидела Деда Мороза.

На нем серое пальто, белая рубашка и темно-синие джинсы. Он гладко выбрит, волосы немного растрепаны от ветра, а еще он просто пышет энергией, как взлетающий самолет, я и понимаю, что сдаваться в его планы сегодня не входит…

Мой живот заполняют мелкие мурашки.

Тело ноет от потребности почувствовать тело Чернышова в очень тесном контакте. По нашему мэру скучала не только моя голова, но и мое тело тоже.

— Привет, – он осматривает меня, начиная с лица и заканчивая большими вязаными носками на ногах.

— Тебе сюда нельзя… – напоминаю, прислонившись спиной к стене.

— Пять минут меня не прикончат.

Хочу протянуть руку и дотронуться до него, но через секунду в коридоре появляется Миша.

Его голова понуро опущена.

— Привет, пап, – семенит он к отцу, хмуря свои темные брови.

Руслан опускается на корточки, позволяя Мише ткнуться лбом в плечо.

— Мне опять сделали укол… – тот крутит маленькими пальцами пуговицу на его пальто.

— Болючий?

— Было чуть-чуть больно… что ты принес?

— Клубнику…

— Клубнику?

— Ага… хочешь?

— Да…

— Тогда забирай… – Руслан отдает ему бумажный пакет, который поставил на пол рядом с собой.

Это переключает внимание Миши.

Он несется на кухню, тряся своим гостинцем, а все внимание его отца переключается на меня.

Чернышов выпрямляется и упирается рукой в стену рядом с моей головой. От него пахнет лосьоном для бритья и немного туалетной водой. В волосах застряли мелкие капли дождя.

— Руслан… – упираюсь в его грудь ладонью. – Я тоже могу быть заразной…

— Пофиг… – бормочет.

— Стой… – успеваю пискнуть я.

Склонившись, он меня целует, в точности исполняя все мои не озвученные желания. Обнимает за талию рукой, прижимая к себе, делится со мной вкусом кофе, который скопился на его языке. В эти секунды, пока я отвечаю на его поцелуй, все мысли покидают мою голову и возвращаются, когда Руслан медленно отстраняется.

— Мишань! – кричит, глядя мне в глаза.

Подняв руки, щекочу пальцами его шею.

— А-а-а? – долетает до нас из кухни.

— Я пошел!

Расправляю воротничок его рубашки, хоть он и так идеально расправлен.

— Хорошего дня, – желаю нашему мэру.

Он уносит свою энергию с собой, как только переступает порог, но она пузырьками бродит по моей крови до самого вечера, а утро следующего дня я начинаю с того, что измеряю собственную температуру.

Мои опасения подтвердились.

Температура у меня не критическая, но тело ломит, а у Мишани начинается кашель.

Весь этот день Руслан проводит в области на открытии какой-то сельскохозяйственной выставки и заезжает к нам вечером, но я выгоняю его через минуту, с чем он хотя бы не спорит.

Через четыре дня у Миши нормализуется температура, а у меня наоборот.

— Твою мать… – смотрю на градусник, который показывает тридцать девять.

Я так и не позвонила матери, но сообщать ей о нашей болезни сейчас, с недельной задержкой, дерьмовая идея.

На этот раз я вызываю «скорую» для себя, и следующие два дня у меня похожи на блуждание в липком тумане, как и следующие два дня, когда к моим симптомам тоже присоединяется кашель. Решаю дать себе еще пару дней, прежде чем менять уже назначенное лечение, но на следующее утро понимаю, что просто не могу встать с кровати.