Онлайн книга «Перекрестки»
|
Шериф-старший, рассказав друзьям о состоянии внука, и казалось донести весть до них было его главной миссией, потому что, когда все вопросы были заданы и ответы получены, доктор Шериф в изнеможении опустился на диван, где полчаса назад приходила в себя Даша. — Аль-хамду ли-Ллях… – проговорил он тихо. И словно продолжая внутренний диалог добавил. – Как бы то ни было, Мусса, здесь новая точка отсчета. Жизнь каждый раз начинается заново с того места, куда мы приходим. Сын кивнул отцу и положил руки на плечи старика: Шериф-старший нес тяжелую ношу знаний, и Мусса видел, как сильно он устал. Впрочем, и получатели вестей после большого потрясения чувствовали себя опустошенными, поэтому в стерильном холле больницы на пару минут воцарилась такая же стерильная тишина. Первой не выдержала мисс Штимт, которая в обычный день благостно бы ей улыбалась. — Мы можем что-то сделать для доктора Шерифа? А навестить его? Думаю, тут есть люди, которых бы и он хотел видеть… – администратор выразительно покосилась на женщин. * * * После обжигающей вспышки Джабир уже не мог видеть, как пастор Игве, одним из первых оказавшийся на месте трагедии, отыскал доктора под завалами развороченных палаток, человеческих тел, горящих кусков ткани. — Это вы рано собрались! Вы еще очень многим нужны здесь, док, – приговаривал пастор, вытаскивая его из-под обломков. Волной хирурга перекинуло через бетонные блоки, которые недавно зачем-то привезли в полевой лагерь с одного из пропускных пунктов. Обещали забрать, чтобы не мешали, но так и не собрались. Свой вклад в череду счастливых для дока «случайных неслучайностей» внес и пастор Игве, вовремя оказавший первую помощь. Жизнь в горячей точке заставила преподобного овладеть этими ценными навыками. — Шериф в очередной раз показал нам, что чудо возможно, – улыбнуться уставшие после многочасовой операции врачи. Позже Мусса прочтет в протоколе, документе, в котором фиксируется ход операции, как у сына остановилось сердце, поврежденное мелким осколком. Как врачам потребовалось всего лишь несколько секунд, чтобы разобраться в причине. По счастливому опять же совпадению в ближайшем госпитале, куда экстренно доставляли раненых, дежурили опытные медики. Короткие строчки официального документа поведают Муссе о напряженной, ювелирной работе хирургов: торакотомия слева, вскрытие сердечной сорочки, эвакуация крови и сгустков. И параллельно – безостановочный массаж сердца: сначала закрытый, а после открытый, чтобы жизнь пульсировала в теле, пока есть хоть крошечный шанс ее удержать. «18:10. Восстановление самостоятельной сердечной деятельности». * * * Первым кого увидел Джабир очнувшись, оказался чиновник из его родного Марокко. — Какая радость, доктор Шериф! – нарочито громко воскликнул он. – Ох и заставили вы нас поволноваться! — Кто вы? Что произошло? – Джабир поморщился от боли, что обнаружила себя, стоило пациенту пошевелиться. Чиновник рассказал про теракт в полевом госпитале. — Вы находились в тяжелом состоянии, и мы исключительно рады, что вам удалось выбраться. Правда, есть некоторая деталь. Но ее мы обсудим позже, – аккуратно подбирал слова чиновник. — Скажите, что с моими коллегам? Доктора Мартин, Гарсиас? – спросил Джабир, потирая переносицу пальцами руки, свободной от капельницы. |