Книга Любовь не спрашивает. Часть 1, страница 115 – Элен Бергман

Отрик скользил сквозь полумрак замка, подобно бесплотному духу. Он знал: каменные стены имеют уши, а ночные тени — глаза, и в это время суток замок Мак Гилле-Бригте превращался в лабиринт, где каждый вздох мог стать доносом.

Узкая боковая галерея, затерянная между бастионами, встретила его ледяным дыханием ветра. Здесь, в царстве серого камня и холодного лунного света, его уже ждали. Тёмная фигура, слившаяся с тенями, казалась частью самой кладки, пока не отделилась от неё.

— Вы заставили меня ждать, брат Отрик, — голос леди Элли прозвучал тихо, как шелест сухой листвы, но в нём отчетливо слышался холодный упрек.

Монах замер, сложив руки в широких рукавах рясы.

— Осторожность — это добродетель, которая позволяет нам доживать до следующего рассвета, леди Элли, — ответил он бесстрастно.

Девушка медленным движением откинула капюшон. Луна, пробившись сквозь прорезь бойницы, серебрила её бледную кожу, превращая лицо в изысканную и застывшую маску. Её глаза, бездонно-чёрные в этой ночной мгле, сверкнули жадным любопытством.

— Я видела его сегодня, — проронила она, и в её голосе, обычно медовом, прорезались колючие нотки. — Мы говорили в коридоре.

— И каков плод вашей беседы? — бесстрастно осведомился Отрик.

— Он не поддался. Ни на миг, — раздражение в её тоне стало почти осязаемым, как пепел на языке.

Монах смерил её долгим, изучающим взглядом, в котором читалась вековая усталость от человеческих слабостей.

— Вы решили пустить в ход своё главное оружие, леди Элли? Пытались его соблазнить?

— Я лишь проявила гостеприимство, предложив проводить его к трапезе, — она вскинула подбородок, но во взгляде промелькнула досада уязвленной хищницы.

— Но вы рассчитывали на большее, что он заглотит наживку гораздо глубже, — закончил за неё Отрик.

Элли ответила холодной, скользящей улыбкой, от которой веяло зимним инеем.

— Обычно мужчины быстрее понимают намёки.

Она сделала шаг к монаху, и лунный свет подчеркнул резкую линию её губ.

— Но этот… странный.

Отрик медленно кивнул.

— Я тоже заметил перемены. Хотя… может дела в предпочтениях Хокона.

— О чём вы?

— Говорят… я слышал… он предпочитает девственниц, — промолвил Отрик.

Несколько мгновений они молчали. Внизу во дворе скрипнула дверь конюшни, и снова всё стихло.

— Значит, план остаётся прежним? — тихо спросила Элли.

Отрик сложил руки в рукавах.

— Более чем когда-либо.

Он говорил спокойно, словно рассуждал о погоде.

— Мойра должна родить.

— Сына, — сухо добавила Элли.

— Если будет сын — прекрасно. Если дочь… всё станет сложнее.

Элли смотрела на него пристально.

— А потом?

Отрик слегка повернул голову, прислушиваясь, нет ли посторонних шагов.

— Потом мормэр Амлайб объявит наследника.

— Под вашим влиянием.

— Под влиянием обстоятельств, — мягко поправил монах.

Он продолжил:

— Ребёнок будет наследником Гэллоуэя. Но править будет регент.

Элли тихо усмехнулась.

— И этим регентом станет Хокон?

— На время.

Монах посмотрел на неё.

— До тех пор, пока король Свейн не укрепит свою власть.

— А что будет с Хоконом?

Отрик посмотрел на неё долгим взглядом.

— Это зависит от него.

Элли скрестила руки.

— Вы говорите, как священник.

— Я и есть священник.

— Нет, — тихо сказала она. — Вы игрок.

На мгновение монах улыбнулся.

— Возможно.

Элли приблизилась ещё на шаг.