Книга Бёрк 2. Оборотни сторожевых крепостей, страница 63 – Ли Литвиненко

— Нет!

Медея попыталась отнять у него недоеденную тушку – что теперь будет с дитем?! живот разболится? – но встретила сопротивление. Ребенок быстро, невероятно, молниеносно перехватил зайца зубами и, став на четвереньки, как зверь, отпрыгнул глубже под стол. И зарычал! Оголив маленькие клыки. Из тени блеснули желтые огоньки его глаз.

Как шлепается в деревянную кадку осаженная дрожжевая квашня, так и Медея шлепнулась своим тощим задом на вытоптанный пятачок земли.

— Оборотень! – охнула она. – Батюшки, оборотень! – Медея шептала это слово снова и снова, рисуя в воздухе защитный знак небесного покровителя. – Что же это? Как?

Сидя на попе, она еще немного отползла от стола и продолжила смотреть, как ее подопечный грызет зайца. Сейчас она ясно осознала, кого воспитывала все это время.

Сердце Медеи бешено застучало от ужаса, но через пару минут стало утихать и быстро вернулось к обычному ритму. Страх отхлынул, и его опять наполнила бесконечная, все поглощающая любовью к этому ребенку.

— Ну оборотень, и что? – пожала плечами Медея. – С кем не бывает, – философски рассудила она. – Жили же рядом с ними люди раньше, и теперь поживем.

Да и как могла Медея думать иначе? Ведь она первая взяла мальчика на руки, первая запеленала его, не один месяц заботилась о нем. Не мог ее прекрасный малыш быть каким-то плохим. Отличался – да, но так даже лучше.

— Он умнее и сильнее человека, мой Сфенос, – с гордостью думала любящая женщина. – Лучше всех! Мое сокровище…

На ее глаза навернулись слезы.

Пока нянька приходила в себя и утирала лицо, Сфенос продолжал трепать тушку. Уже были ободраны бока и передние ноги. Сфен жадно вцепился в заднюю.

— Нет-нет, малыш, – уже без страха Медея встала на четвереньки и медленно заползла под стол. Остановилась на расстоянии, боясь спугнуть звереныша. – Не так много сразу, а то животик заболит. – Она протянула руку и посмотрела в желтые сытые глаза.

Сфенос заметно подобрел. Жадность сменилась сонливостью. Медея пододвинулась к нему ближе, взялась за ногу многострадального зайца и потянула к себе. Маленькие зубы без рычания разжались, отпуская еду. – Вот так, молодчина, мое солнышко… – ласково ворковала нянька.

Она положила остатки зайца на стол и достала испачканного ребенка.

— Какой чумазый! – засмеялась и расцеловала липкие щечки. – Нужно умыться. И одежду сменить.

Пока Сфеноса отмывали в кадушке, он кряхтел, терпел и отчаянно зевал. Сытная еда сделала его вялым и довольным.

— Пи-и-и, – указал на чайник.

— Молоко? – усмехнулась нянька. – Решил запить сухую еду? Хорошо. Но раз ты такой самостоятельный и большой, то и пить теперь пройдётся по-взрослому.

Медея перелила молоко в кружку, взяла Сфеноса на руки, подоткнула под подбородок полотенце и начала аккуратно поить свое сокровище.

* * *

Уставшая Бёрк с трудом забиралась по лозе. Последние силы отняла охота – очень уж резвый попался олень, ели догнала. Очень устала. Но еще до него все силы отняли у нее приготовления к сбору урожая. А сколько было препятствий!

Первая проблема, с которой столкнулись девушки, – это невозможность добраться до второго озера. Хорошо плавать умела только Бёрк, остальные только боязливо барахтались на мелководье. Переплыть озеро им было не по силам. Да и страх перед глубиной не пускал проверить свои силы. Храбрилась только Лучанка. Она каждый день отплывала от берега все дальше и дальше, тренируя тело. Но это только если Бёрк плыла рядом.