Книга На границе света, страница 88 – Керстин Гир

— Я… не знаю. Мне очень хочется верить, что учёные ошибаются. Как-то приятнее думать, что после смерти есть нечто вроде продолжения. Вместо того чтобы объяснять всё чрезмерной нейробиологической активностью мозга. («Какая же я дурёха, сама отклоняюсь от темы».) Расскажи мне побольше об этом промежуточном пространстве с единорогами и драконами. Значит, туда можно попасть после смерти, да?

Квинн посмотрел мне прямо в глаза. Я так растерялась, что отпустила поручень и чуть не упала, когда трамвай тронулся с места.

— Правильно. Прежде чем человек приходит к свету. Но это касается только людей. А есть ещё эти… граничные существа, они могут перепрыгивать через порталы из нашего мира на Грань и обратно, когда захотят.

— Порталы, ну конечно. Они упоминаются в каждой приличной фантастической книжке.

— Жаль, что я никогда раньше не интересовался ничем подобным. Тогда, может, я бы тоже воспринимал всё это с такой же лёгкостью, как ты. – Квинн по-прежнему не отводил от меня глаз. – Только вот как быть, если такие чудеса происходят не в фантастическом романе, а наяву?

«Сейчас или никогда».

— Ты имеешь в виду те случаи, когда порталы находятся на старых кладбищах, а охраняют их бронзовые статуи поэтов-неудачников? – понизив голос, спросила я. – В субботу ночью я была на кладбище и видела, как ты исчез в склепе семьи Кёниг вместе с Феей и профессором Кассианом, – храбро добавила я.

«Всё».

— Ты… Как ты там оказалась?

Его брови недоверчиво сдвинулись, и я почувствовала, что краснею:

— Это совсем не то, что ты подумал, я за тобой не следила, – пробормотала я. – Просто проходила мимо. От Юли я всегда возвращаюсь домой через кладбище, даже ночью. Это самый короткий путь. Хотя теперь, наверное, буду ходить длинной дорогой. Гиацинт что-то говорил о Гекторе и оборотнях. И что никто не найдёт мою могилу, если меня здесь обнаружат. Меня это очень испугало. Раньше я никогда не боялась на нашем кладбище.

— Ты встретила Гиацинта?

Квинн тоже понизил голос, но вдруг у меня возникло чувство, что остальные пассажиры в трамвае прислушиваются к нашему разговору.

— Ну да, ты был босиком и казался каким-то растерянным. Я понятия не имела, что затевают Фея и профессор Кассиан, и переживала за тебя. Поэтому я попыталась попасть в этот склеп.

Квинн шумно дышал:

— Чтобы… меня спасти?

К моим щекам снова прилила кровь. Я утвердительно кивнула:

— Но из этого ничего не вышло. Клавиго признался, что хоть он и называется стражем портала, на самом деле не может его открыть. А потом появился Гиацинт, схватил меня, оттащил к воротам и довольно внятно дал мне понять, что я должна держать в полнейшей тайне то, что увидела той ночью.

— Невероятно, – прошептал Квинн.

— Скажи, как можно хранить в секрете такие вещи и никому не выболтать ни слова? – возбуждённо прошептала я в ответ. – А единороги действительно существуют?

— Так уверяют профессор Кассиан и Фея. А ещё они в общих чертах объяснили, почему Гектор меня недолюбливает. И не только Гектор. Оказывается, есть целый ряд граничных существ, которые, в сущности…

— Мужчина на дальнем сиденье смотрит на нас как-то странно, – перебила я его. – Вот, а сейчас он отвернулся, будто прекрасно расслышал мои слова.

— Эти ребята с Грани обладают сверхъестественно острым слухом, – прошептал Квинн. – Может, он один из них.