Книга Раб и меч, страница 157 – Сэм Альфсен

Син очень долго хранил молчание. Казалось, лихорадка сделала его менее сдержанным и терпеливым. Он отмахнулся от Нуски и, склонив голову к полу, сказал:

— Ты и сам знаешь ответ. Всё это – моё прошлое, настоящее и будущее. Ты ведь видел. И ты. Ничего. Не. Изменишь.

Знакомые, когда-то уже услышанные во сне слова, пробили сердце насквозь. Нуска ударил кулаками по груди эрда, но его руки тут же перехватили. В глазах Сина сверкнула злоба. Крепко сдавив челюсти, он чуть ли не прошипел:

— Оцени моё состояние, лекарь. Посмотри, как много здоровых органов и артерий осталось в этом теле. Скажи, как долго мне осталось жить. Сегодня-завтра я умру во сне в постели. Этой участи ты хочешь для меня? Чтобы я сбежал и умер на месяц позже, бросив свою страну на произвол судьбы?

— Я нашёл способ излечить вас! – запаляясь, выкрикнул Нуска. Он пытался вырвать свои руки и хорошенько врезать Сину, но… хватка эрда была стальной. – Мне осталось подобрать всего несколько ингредиентов! Я нашёл записи моего отца! Я знаю, как излечить вас!

— И как же? – усмехнувшись, уточнил Син. – Скажи, раз знаешь, всеведущий лекарь.

Нуска и сам не был полностью уверен, но… в той книге, что он нашёл в библиотеке, была полная формула лекарства. Он сомневался лишь в одном ингредиенте, который был обозначен просто как «кровь». Но…

— Нужна кровь дракона, – хмурясь, выдал Нуска. – Я предполагаю, что в детстве я был болен перегрузкой дэ в каналах, как и вы. И что… то, что сердце дракона оказалось в лесных племенах, – это не случайность. Возможно, мой отец действительно смог пленить Тиаму, отобрать её сердце и даже взять кровь для моего излечения. Из желания отомстить Тиама уничтожила лесное племя. Именно по этой причине мой отец превратился в ходячий труп после того случая. Именно поэтому он не мог даже смотреть на меня.

Глаза Сина на секунду расширились. Казалось, в его голове проносились тысячи мыслей одна за другой, будто он решал непосильно сложную задачу. Он даже ослабил хватку – и Нуска наконец смог освободиться. Он принялся потирать запястья.

Однако вскоре эрд вскочил. Неизвестно откуда в человеке с такой высокой температурой нашлась сила, но… он выпихнул Нуску из комнаты. И закричал. Сина было очень тяжело вывести из себя, но на этот раз он вопил пуще Вильны.

— Это всё ложь, Нуска! Твои выдумки! Ни в одной книге во всей столичной библиотеке подобных записей нет! Ты просто хочешь сбежать? Дезертировать?! Так сделай это сейчас, я с радостью разжалую тебя и отправлю домой! Не смей даже приближаться ко мне! Я достаточно наслушался твоих детских россказней, а теперь позволь взрослым заняться завершением этой бездновой войны!

В процессе Нуска несколько раз получил по лицу и по плечам. Даже стальные пластины погнулись… какую же силу приложил Син? Что такого сказал Нуска, чтобы он разозлился? Разве он не должен радоваться, что есть способ излечиться?

Дверь с грохотом захлопнулась за спиной, а Нуска повесил голову и в отчаянии сжал кулаки. Его сердце рвалось на части. Он не знал…

«Как спасти утопающего, который сам привязал к себе камень? Как помочь тому… кто сам не хочет себе помочь?»

Нуска закрыл руками лицо. Он больше не мог выносить этого человека. Не мог выносить свои чувства к нему. Не мог выносить эту безднову войну и эту безднову жизнь.