Онлайн книга «Воительница»
|
И точно, спустя время он почувствовал, что сможет даже встать. Но он был раздет, разве только прикрыться кошмой, чтобы выйти. Арефа помнил, как поразил его луч гелиона и понимал, что скоро от таких ран не оправляются. А значит, кто-то несколько дней боролся за его жизнь, менял ему повязки, кто-то оставил для него эти отвары. Значит, друзья его живы, и они рядом. Вторую кружку юноша пил медленно, вслушиваясь в силу, наполняющую его тело с каждым глотком. За стеной шатра было тихо. Но вот послышались шаги, которые он узнал безошибочно, как любой мужчина способен угадать походку возлюбленной. Он торопливо отставил кружку с недопитым взваром, лёг, натянул до подбородка кошму и закрыл глаза, притворившись, что спит. В шатёр, напевая песенку, вошла принцесса. Арефа чуть приоткрыл глаза и стал наблюдать за нею сквозь ресницы. Девушка была бледна, личико осунулось, глаза уставшие, длинные вьющиеся волосы небрежно причёсаны, стянуты на затылке кожаным шнурком. Бросив беглый взгляд на раненого, она не заметила пустых кружек и занялась приготовлением свежих повязок. Принцесса принесла с собой полоски ткани, белый порошок в узорной стеклянной склянке и свежие мясистые листья. Деловито сопя, порубила их ножом в тягучую кашу, положила на полотно, присыпала поверх порошком и подошла к Арефе. Сердце юноши в волнении колотилось так сильно, что казалось, его стук слышим снаружи. Арефа старался не выдать себя, дышать медленно и ровно. Принцесса присела на край постели, откинула кошму, сняла повязку с его груди и положила свежую. Чувствуя лёгкие прикосновения её пальчиков, Арефа шевельнуться боялся. У него даже пот на висках выступил. Интерес подстёгивал его лежать смирно. Неужели она всего лишь закончит перевязку и просто так уйдёт? Нет, девушка уходить не спешила. Заботливо прикрыла его, поправила растрёпанные, упавшие на лоб кудри, тихонько, чуть касаясь рукою, погладила по волосам. Арефа резко выбросил из-под кошмы руку, обхватил стан принцессы и, притянув её к себе, жадным поцелуем впился в её уста. Как и тогда, девчонка дёрнулась от неожиданности, хотела кричать, ругаться. Разомкнула губы, и вот он, миг единения, слияния, гармонии – словно звенья одной цепи, частицы пентаграммы на магической шкатулке, их губы соединились вместе. Тея Ирис рванулась, довольно ощутимо надавила на его плечо, как раз рядом с раной. Арефа был вынужден отпустить её, простонав: «Больно же!» — Блудник! – взвизгнула оскорблённая принцесса. – Гнусный негодяй, лиходей, обманщик! – она размахнулась и хотела влепить ему пощёчину, но Арефа ловко перехватил одной рукой оба её тонких запястья. Все краски стыда, злости и уязвлённого самолюбия пылали на лице царской дочери. Извиваясь, как разозлённая змея, она тщетно пыталась высвободиться из крепких объятий, но Арефа и не думал её отпускать. С улыбкой произнёс: — Я бесконечно благодарен тебе за заботу. Я никогда не забуду, как ты возродила меня к жизни. Тея! – повысил он голос. – Угомонись, бешеная! Рана болит! Сама же врачевала! Принцесса перестала вырываться и, сверкая полным ярости взглядом, заявила: — Знаешь, что с тобою бы сделали воины Кир Кризана за покусительство на мою честь? — И что же? – поинтересовался Арефа. — Тебе отрезали бы всё твоё добро! И зажарив, подали бы мне на обед! |