Книга Королева, страница 96 – Елена Тимофеева

Два года она преданной собакой служила Арий Конраду, два года о нём грезила, но минувшая ночь смыла прошлое, перечеркнула все ожидания. И ставший далёким и чужим Великий Инквизитор Кронии вновь приблизился, вернулся в память. И в сердце.

Острая боль кольнула грудь Гарканы. Она наклонилась, коснулась губами его тёмных волос, прошептала тихо:

— Когда ты проснёшься, ты подумаешь, что это был всего лишь сон, – встала, пошла к двери, но на пороге обернулась и прошептала на прощание, – я вернусь! – вышла и тихо затворила дверь за собою.

Ночью выпал снег, присыпал облетевшую листву, укрыл до следующего лета травы. Его свежий вкусный запах витал в воздухе, приносил ощущение радости, ожидания чуда, повторяющегося каждый год волшебства обновления.

Ария выпросила-таки у магистра урок фехтования, и теперь на поляне перед скалой старательно отражала его удары. Бес Потанька сидел на камне на корточках, грыз семечки и пялил на них круглые глазёнки, туда-сюда крутил головой, то на принцессу, то на магистра.

— Выше руку, Ария! – требовал учитель. – Замах короче! Коротко размахнулась, ударила! Ещё раз! Хорошо! Повернулась! Теперь ещё раз бей!

Потанька вдруг сорвался с камня, помчался с радостным визгом вперёд. Арий Конрад и принцесса прекратили поединок, опустили мечи. Чёрный конь Великого Инквизитора подъехал к скале, и в седле сидела Гаркана. Измученная, растрёпанная, порванное платье под распахнутым плащом, усталость и следы слёз на бледном лице.

— Ты что? – магистр шагнул к ней. – Что ты, Гаркана? Зачем вернулась? – беспокойство, сострадание были в его голосе.

Бес Потанька домчался до неё, с разбегу обнял её колени, глядел снизу вверх с обожанием.

Гаркана наклонилась, взяла его за ручку, подошла к Арий Конраду, взглянула ему в глаза, и будто прорвалась плотина, слёзы потоком хлынули из глаз. Она прижалась к нему, спрятала лицо на его груди.

— Спасибо тебе, – прошептала сквозь слёзы, – за всё спасибо, Бессмертный! Я поблагодарить вернулась! За всё, что сделал для меня!

— Я говорил тебе, всё хорошо будет! – Арий Конрад бережно отстранил Гаркану, отёр её мокрое лицо ладонями. – Вот и разрешилось всё! Ну, не плачь, не плачь, – он опять прижал её к себе, погладил по голове, обняв, повёл, усадил на колени. – Это душа твоя камень сбросила, облегчение пришло, – сказал, – теперь всё хорошо будет. Покой вернётся к тебе. Ступай, воротись к Инквизитору.

— Нет, – Гаркана подняла голову, отёрла последние слёзы, – не могу сейчас. То, что вчера было… Мне одной теперь побыть надо. И ему тоже.

— Ну, оставайся, – разрешил он, – как упорядочишь всё в голове своей, поймёшь, рассудишь, так поезжай к нему.

— После того, что вчера было, не могу остаться, – Гаркана вытерла под носом, – туда пойду, в пещеру Демиры.

— Куда, дитя неразумное? – с сожалением качнул головой магистр. – Зима пришла! Как ты там будешь зимовать, одна?

— Я не на всю зиму, пару недель только, – отвечала она, – горько и стыдно мне, мессир. Побыть одной надо. Потом в Кронию поеду, поклонюсь Великому, прощения просить стану. Обидела его. Сильно обидела.

— Тогда Потаньку возьми с собой, – велел Арий Конрад, – вдвоём веселее. Он только рад будет, знаешь же, как тебя любит.

— Угу, угу! – бесёнок заплясал у ног Гарканы, разбрасывая во все стороны чистый белый снег.