Книга Сосланная жена дракона. Родильный дом на краю Империи, страница 107 – Николетта Фэй

Увидев меня, он не идёт навстречу через весь двор. Ждёт возле стола, как мы договорились. Лишь когда я сама протягиваю руку, Аларик берёт её. От камня и верёвок кожа на его ладони огрубела, пальцы тёплые.

— Ты уверена? — спрашивает он тихо, пока писарь раскладывает документы.

Вопрос не тревожит меня. Мы включили его в церемонию сами: каждый может остановиться до последней подписи, не объясняя причины перед гостями.

Я оглядываю двор. За открытыми окнами спят младенцы, из кухни тянет выпечкой, на дальней стене сохнут учебные таблицы. Это мой дом, мой город и моя жизнь. Аларик занимает в ней место рядом со мной; всё остальное по-прежнему принадлежит мне.

— Да, — отвечаю я. — Сегодня уверена. Завтра всё равно спросишь ещё раз, если увидишь, что я молчу не так.

Он улыбается — коротко, без облегчённого торжества. Мы оба знаем: согласие на брак не становится согласием на каждое будущее решение.

Писарь сначала предлагает зачитать утверждённую клятву палаты. Мы заменили её своей. Я говорю первой, потому что так выбрала жеребьёвка, которую Тио почти съел.

Я обещаю не превращать прошлую боль в оружие при каждой ссоре. Говорить, когда мне страшно, вместо того чтобы проверять Аларика молчанием. Не отказываться от помощи только потому, что однажды помощь использовали для контроля. Беречь свою работу, его работу и место между ними, где будет наша семья.

Слова выходят не идеально. На фразе о помощи я сбиваюсь, смотрю на лист, потом откладываю его и договариваю своими словами. Аларик слушает, не подсказывая.

Когда наступает его очередь, он не расправляет плечи, как перед строем. Касается большим пальцем края нашего договора и начинает тише, чем ожидали люди в последних рядах.

— Я обещаю говорить правду до того, как она станет удобной тайной. Спрашивать, даже когда уверен, что знаю ответ. И ждать, если тебе нужно время ответить.

Во дворе кто-то кашляет, ребёнок у окна начинает хныкать. Аларик на мгновение отвлекается на звук, потом возвращается ко мне.

— Я буду помнить, что контроль может выглядеть как забота, особенно для того, кто привык командовать. Если снова перепутаю, ты не обязана терпеть ради моих намерений. Я остановлюсь, исправлю то, что сделал, и не стану прикрывать ошибку добрыми намерениями.

Он замолкает перед последней частью. Я чувствую, как его пальцы крепче сжимают мои, но хватка тут же ослабевает.

— И я не принесу тебя в жертву великой цели. Ни границе, ни роду, ни государству, ни собственному страху потерять тебя. Если однажды мне покажется, что другого выхода нет, я сначала скажу это тебе. Потому что твоя жизнь не является моей платой за чужое спасение.

Я слышу, как за спиной Рина шумно втягивает воздух. Брина тут же вручает ей платок, сама вытирая щёку тыльной стороной ладони.

Мы подписываем договор по очереди. После моей подписи Аларик не спешит ставить свою поверх или рядом. Поворачивает лист, находит отведённую ему строку и пишет имя. У нас разные фамилии: я сохранила свою, он оставил Вальден только в записях о детях и прошлом роде. В быту мы договорились использовать имена.

Писарь объявляет брак заключённым. Гости ждут поцелуя, но Аларик смотрит на меня. Этот вопрос он не произносит вслух при всём дворе, и я сама притягиваю его за лацкан.