Книга Хозяйка северных земель, страница 41 – Натали Эмбер

— Нам нужно ждать возвращения отца.

Я знаю, что он прав. Но мне от этого не легче. Теперь уже ничего не изменить.

Берег опустел. Драккары ушли. Остались только следы на мокром песке, в том месте, где их спускали на воду.

Я медленно отвожу взгляд.

— Пойдём, – тихо говорю Эрику.

Мы разворачиваемся и идём обратно по поселению. Дорога между домами кажется непривычно тихой. Ещё утром здесь гремели голоса, звенел металл, ходили воины, проверяя оружие.

Теперь слышны только редкие шаги и приглушённые разговоры. Женщины разговаривают между собой. Когда я прохожу мимо, многие замолкают. Они смотрят на меня настороженно, с откровенным презрением.

Половина мужчин поселения ушла. Отцы. Мужья. Братья. И если я права, то многие из них могут не вернуться.

В груди болезненно сжимается. Я чувствую, как тяжелеют ноги. Вокруг непривычно тихо, словно вместе с кораблями в туман ушла вся жизнь поселения.

Останавливаюсь у входа и оглядываюсь. Дом вдруг кажется слишком большим.

Ещё вчера здесь было шумно. Воины приходили и уходили, кто-то спорил, кто-то смеялся, звенели кубки, гремели ножны мечей. Теперь ничего этого нет.

Эрик проходит внутрь и тяжело опускается на скамью у стола. Он проводит рукой по лицу, словно пытается стереть усталость. Несколько секунд он просто сидит и смотрит на огонь, пылающий в камине. Пламя отражается в его глазах.

Я медленно снимаю накидку и вешаю её на крюк у стены. В груди появляется странная тяжесть. Я вдруг чувствую, как сильно устала.

Ноги ноют, как после долгой дороги. Голова слегка кружится, и только сейчас до меня, наконец, доходит, как сильно я голодна. В животе неприятно сжимается.

— Пойду посмотрю, осталось ли что-нибудь на кухне.

Эрик поднимает на меня взгляд.

— Ты сегодня почти ничего не ела, – читаю в его взгляде.

— Было совсем не до этого, – я пожимаю плечами.

Эрик тихо усмехается и качает головой.

— Лекарь, который забывает есть, плохой знак, – объясняет жестами.

Я невольно улыбаюсь.

— А я думала, плохой знак – это когда лекарь падает в обморок прямо во время лечения.

— Тогда больному точно конец, – читаю по его губам.

— Не волнуйся, – отвечаю ему. – Я пока держусь.

Эрик внимательно смотрит на меня ещё секунду, словно проверяя, правда ли это.

Потом кивает.

— Иди. Поешь.

Направляюсь на кухню, но ещё не знаю, что там меня уже ждут.

Мэри стоит ко мне спиной и медленно помешивает похлёбку деревянной ложкой. Услышав шаги, она оборачивается.

— С тех пор как в поселении появилась ты, начались беды! – заявляет она.

Я стою посреди кухни, удивлённо смотрю на Мэри. Огонь в очаге потрескивает, дрова осыпаются красными углями. В котле лениво булькает похлёбка. От запаха варёного мяса в животе начинает урчать.

— Я ни при чём, – тихо отвечаю ей. – Ведь корабли подожгла не я.

Устало выдыхаю. Сегодня у меня уже нет сил ни спорить, ни оправдываться.

Мэри презрительно смотрит на меня. Делает шаг в мою сторону, затем ещё один. Доски пола скрипят под её ногами.

— Может, и не ты, – отвечает она. – Но всё началось с твоего появления.

Я чувствую, как внутри поднимается раздражение. Почему она думает, что я виновата во всех бедах викингов?

— Мне известны случаи, когда рабы предавали своих хозяев, – отвечаю ей. О том, что эти знания получены из учебников истории, тактично умалчиваю, – Но это не делает меня причиной всех бед.