Книга Опальная жена дракона. Хозяйка северной лечебницы, страница 57 – Диана Фурсова

Один из советников шагнул вперед.

— Что происходит?

— То, ради чего я и держу это крыло открытым, — ответила Ева.

Женщина на санках закричала опять — уже слабее, с захлебывающимся отчаянием. Мальчик заплакал громче. Шахтер, наверное муж, судорожно оглядывался то на Еву, то на советников, будто до сих пор не понимал, имеет ли право просить.

Селеста отступила на шаг, прикрывая мехом рукав.

— Вы же не собираетесь заниматься этим при всех? — проговорила она резко. — Во дворе? Перед Советом?

— Нет, — сказала Ева. — Я собираюсь спасти женщину. А вы можете смотреть оттуда, где не мешаете.

Лицо Селесты стало ледяным.

Но Ева уже не смотрела на нее.

— Бригта! — крикнула она. — Горячую воду в лечебницу. Чистое полотно. Марена, Хельду сюда. Лис, забирай мальчика с санок и отведи в тепло. Нет, не тащи — сначала скажи, как его зовут.

— Тишка, — всхлипнул ребенок раньше всех.

— Хорошо, Тишка, — быстро сказала Ева, наклоняясь к нему. — Сейчас ты пойдешь с Лис и выпьешь что-нибудь горячее. Мама будет в тепле. Ты мне мешать не будешь, договорились?

Мальчик уставился на нее огромными мокрыми глазами, потом затряс головой так яростно, что слезы брызнули на щеки.

— Я с мамой!

— Тогда идешь рядом, но тихо. И не под ногами. Сможешь?

Он всхлипнул и кивнул.

— Как давно схватки? — бросила Ева мужчине.

— С рассвета… нет, еще до рассвета… к обеду думали, пройдет… потом воды отошли, а она все…

Женщина застонала так, что Еве стало ясно: времени на разбор уже нет.

— В лечебницу, — сказала она. — Осторожно. Головой не трясти. Быстро.

И вот тут случилось то, что даже ее самой ударило сильнее крика роженицы.

Никто не посмотрел на Селесту.

Никто не спросил позволения у Совета.

Никто не ждал распоряжения Кайрена.

Люди двора двинулись на ее голос так, будто он уже был законом. Бригта рявкнула что-то на кухню. Марена рванула за Хельдой. Прасковья подхватила один край санок. Дарек, внезапно появившийся из казарменного прохода, перехватил другой. Лис прижала к себе Тишку. Даже две прачки, еще секунду назад оттиравшие котел, уже бежали внутрь с руками, полными чистого полотна.

И только тогда Ева увидела Кайрена.

Он стоял чуть поодаль, рядом с советниками, и смотрел не на женщину на санках.

На людей.

На то, как весь двор развернулся по одному ее слову.

На то, как надежда выбирает себе голос.

И Ева поняла: да, он это увидел.

Слишком ясно.

В лечебнице сразу стало тесно и жарко.

Женщину — Лада, как выяснилось, — внесли в дальнюю комнату. Она была измучена до серой пустоты под глазами, живот напряжен, дыхание сбито, губы сухие, руки ледяные. Хельда, едва увидев ее, коротко выругалась себе под нос.

— Долго тянули, — сказала она.

— Знаю.

— Ребенок идет тяжело.

— Вижу.

Марена уже мыла руки. Бригта грохотала котлом у двери. Лис пыталась усадить Тишку на лавку за перегородкой, но мальчик рвался обратно, не переставая всхлипывать. Прасковья держала Ладу за плечи, шепча ей что-то низким, успокаивающим голосом.

Ева быстро оглядела комнату.

Слишком много людей. Слишком мало воздуха. Слишком легко начнется паника, если она даст ей первый звук.

— Лишние — вон, — сказала она. — Бригта — вода и бульон потом. Марта — никого не пускать. Лис — с мальчиком за дверью, но не уходи далеко. Хельда, Марена, Прасковья — со мной.