Книга Ветер с Северного моря, страница 110 – Анна Морион

Хелен прижалась к мужу, и он крепко обнял ее. Она машинально обняла его в ответ и позволила своим слезам побежать по ее щекам и впитаться в дорогую ткань его утреннего костюма.

— Доктор сказал, что меня могло тошнит от волнений и моральных страданий, – глухо сказала Хелен.

— У меня имеются подозрения на счет источника этих волнений и страданий, Хелен, но я промолчу, – спокойно ответил на это Бьорн-Магнэ. Он вдруг осторожно отстранился и взглянул прямо в темные глаза жены. – Новость, которую вы принесли с собой, заставила нас почувствовать утрату и печаль, и нам обоим следовало бы пережить ее вместе, ладонь в ладони. Но сегодня у нас не имеется такой роскоши: нас ждет бал, на котором нам требуется быть гостеприимными, идеальными хозяевами, и отменить этот бал мы не можем и не имеем права. Я надеюсь, вы понимаете это.

Хелен глубоко вздохнула: мысли о ребенке, которого никогда не было, и которого она все же потеряла, заставили ее позабыть обо всем остальном, в том числе и приеме. Она желала бы уединиться со своей печалью, но мудро понимала, что ее муж был прав. Совершенно прав. И она не могла подвести его. Потеряй она ребенка в действительности – тогда она отменила бы и бал, и вечер, и весь мир, но этого не случилось… Ребенка никогда не было. Была лишь иллюзия. Надежда на чудо. Чудо, которого не свершилось. Поэтому она должна будет стоять рядом со своим мужем, на балу. Она обязана. Она хозяйка. Жена.

— Конечно, мой дорогой супруг… Я буду там, рядом с вами, как мне это и положено, – улыбнулась Хелен сквозь слезы. – Разве я могу оставить вас одного в такой вечер? Мы вместе затеяли этот прием, и мы вместе несем ответственность за то, чтобы он прошел идеально.

— Я рад слышать это, моя дорогая Хелен, – тоже улыбнулся он. – Но что ваша матушка? Не пожелает ли она спуститься к гостям хоть на несколько минут?

— Мы скажем, что она заболела. Что у нее жар, и что она очень сожалеет, что не может поприветствовать гостей, – уклончиво ответила на это Хелен, прекрасно зная, что ее мать обязательно сдержит свое слово и не выйдет из своих покоев до завтрашнего утра. – Давайте сделаем все возможное, чтоб об этом бале говорили еще не менее двух недель после него.

В ответ Бьорн-Магнэ потянулся к ее губам, но Хелен с хитрой улыбкой сделал шаг назад.

— Сегодня ночью, – громко прошептала она, медленно пятясь назад. – Конечно, если бал не лишит вас сил.

— И вас тоже, Хелен, – с дерзкой усмешкой ответил на это Бьорн-Магнэ.

Хелен дошла до двери.

— О, мистер Нордстранд, разве вы не знаете, что за смерч и ураган я приношу в спальню? – Она склонила голову набок, насладилась его похотливой улыбкой, а затем выскользнула в коридор.

Горе, которым ее душа была наполнена еще минуту назад, исчезло, уступив место доверию: ее муж сказал, что даст ей ребенка, и она поверила ему. Просто нужно быть терпеливой. Просто нужно продолжать стараться – и в один прекрасный день Судьба и Господь наградит ее за смирение… А матери она скажет не сегодня. Завтра.

По дороге к лестнице Хелен остановилась у своего портрета: она не стала изучать его, но наполнилась решительности спрятать его. Хотя бы на этот вечер, чтобы гости, попавшие в галерею, не подумали, будто она желает отбелить свою кожу. Затем, найдя первого же попавшегося ей на глаза лакея, она приказала снять этот портрет и отнести его в ее комнату, поставить в дальнем углу и накрыть его драпировкой. С глаз долой страхи и ненужные волнения хотя бы на этот счет – из сердца вон!