Книга Смерть в бриллиантах, страница 88 – Си Джей Беннет

Пейзажи были завораживающе прекрасны – лиловые острова на горизонте и серебристые песчаные пляжи для семейных пикников. Чарльз и Анна поспорили, кто первым заметит тюленя или гигантскую акулу, но королева обыграла обоих, когда в ее бинокль попала резвящаяся стайка дельфинов. Она вспомнила слова матери на скачках: западное побережье Шотландии – это почти рай. Она знала нескольких англичан и канадцев, влюбившихся в Арисайг и Маллайг. В конце концов, не так уж трудно было представить себе человека, желающего удалиться на покой именно сюда.

Тем временем члены королевского двора негодующим шепотом повторяли название “Нэшнл энд инглиш ревью”. Все, кто отправился в Шотландию, советовались с друзьями и размышляли про себя. В Лондоне Майлз Уркхарт посетил редакции всех крупных газет, чтобы уверить журналистов: во дворце относятся к статье чрезвычайно серьезно, но нисколько ею не обеспокоены.

Королева отложила дела до возвращения в Балморал. Неделя на море позволила ей восстановить душевные силы. Дети были счастливы снова увидеть любимых коров и пони. Филип отправился в горы посмотреть на изменения, произошедшие в поместье с прошлого года. Днем она проехалась верхом вдоль реки, а в полночь стояла под звездами, разыскивая на небе созвездия, как учил ее отец. Но откладывать больше было нельзя. Она созвала совещание, пригласив сэра Хью, Джереми Раднор-Милна и Джоан. Пришло время принимать решения.

— Каковы выводы, Хью? – спросила она.

— Противоречивые, мэм, – ответил он. – Колумнисты в Австралии считают, что Олтринхема следовало бы заточить в Тауэр; в Канаде журналисты утверждают, что в его наблюдениях есть доля правды. В Лондоне, как вы, возможно, видели, газеты единодушно против Олтринхема. Если он сейчас посмеет показаться на улице, мне будет его жаль. Газетчики пользуются этой историей, чтобы сплотить нацию. В целом, общественность на вашей стороне. Но, боюсь, не на моей. Я – “клетчатый царедворец”, который заставляет вас звучать “жеманно”, вопреки вашей натуре.

— Легко критиковать людей, которые усердно трудятся в тени, – сочувственно сказала королева.

— Мы здесь только для того, чтобы служить вам, мэм, – вмешался пресс-секретарь. Его верхняя губа подрагивала от оскорбленной преданности. – Мы мужчины закаленные, все выдержим.

— Да, но справедливо будет заметить, что в моем шотландском гардеробе куда больше твида, чем в вашем, – заметила королева. – И я лично одобряю все речи. Наверное, я тоже несу ответственность за то, что говорю?

— М-м, да. В некотором смысле, мэм, но с другой стороны… Я думаю, что надлежит должным образом рассмотреть…

Раднор-Милн оказался в ловушке между невозможностью возложить на королеву часть вины и грубостью предположения, что она их марионетка. Он не мог найти выход.

— Что вы думаете, Джоан? – спросила королева, пока он подбирал слова.

— Я не всегда доверяю газетам, – сказала Джоан, в то время как личный секретарь и пресс-секретарь встревоженно повернулись на голос “машинистки”. – Думаю, реакция публики немного сложнее.

— О, и какова же она? – скептически спросил сэр Хью. – Что думает рядовой обыватель – ваш отец, например?

Джоан не понравилось, что личный секретарь, похоже, считает ее отца рупором рабочего класса. И вообще, его мнение тут не поможет.