Книга Он никогда не убил бы Пэйшенс, страница 89 – Джон Диксон Карр

Послышался голос Агнес Ноубл, бормочущей слова признания, разобрать которые было почти невозможно. Потом они услышали грохот револьверных выстрелов, топот ног и громкий голос Мастерса.

Затем воцарилась тишина, нарушаемая лишь негромким гудением в небе.

Террариум заполнился полицейскими, возникшими из самых неожиданных мест.

Сэр Генри Мерривейл зажег сигару, вышел в коридор и, хмыкнув, сообщил, что все кончено.

Воскресным утром восьмого сентября солнце поднялось над дымом и развалинами, знаменовавшими начало массированных бомбардировок Лондона, которые вскоре принесли ужас и горе во многие семьи. Но маленькая группа, собравшаяся в гостиной дома Бентонов за кофе, приготовленным Луизой, могла говорить только о поимке убийцы.

Луиза горячо обратилась к Г. М.

— Эта женщина сказала правду? – спросила она. – Вы действительно считали, что я могла быть виновной?

Г. М., развалившись в кресле, посмотрел на нее поверх ободка кофейной чашки, что-то пробурчал и подул на кофе со светским изяществом, после чего залпом осушил всю чашку.

Хорас Бентон, скромно примостившийся на широком подоконнике, прочистил горло.

— Боюсь, детка, – заметил он, – многие считали виновным меня.

— Чепуха, Хорас! – возразила Луиза.

— Вообще-то, я порядочная свинья, – выпалил вдруг Хорас. – Когда в тот день я был на лужайке и услышал пистолетный выстрел, я подумал, что бедняга Нед покончил с собой…

— Хорас, прошу тебя!

— У меня много долгов, – продолжал Хорас. – И я не отрицаю, что наследство Неда поможет мне выпутаться. На миг, когда я услышал этот выстрел… Не важно. Конечно, я никогда не желал Неду зла. Но эти мысли… С тех пор совесть не дает мне покоя.

Доктор Риверс со светлой щетиной на лице, шагающий взад-вперед, остановился и пожал плечами.

— Если уж на то пошло, – заявил он, – я думал, что многие подозревают меня. Мистер Бентон был богатым человеком, и я с моим скромным заработком не мог просить его дочь выйти за меня, хотя был влюблен в нее. Но я боялся, что люди могут подумать…

— Зато дочь богатого человека, – прервала его Луиза, – может попросить тебя жениться на ней.

— Если кому-то приспичит здесь тискаться, – проворчал Г. М., протягивая чашку за новой порцией кофе, – то я начну рвать на себе волосы, которых у меня нет. Ненавижу все эти нежности! Брр!

Мэдж Пэллизер, держа Кэри под руку, улыбнулась ему, но тут же снова стала серьезной.

— Честное слово, сэр Генри, – с чувством проговорила Мэдж, – мы все очень признательны вам.

Г. М. скромно кашлянул, но от удовольствия, казалось, раздулся, и у него едва не оторвалась пуговица на воротничке.

— Ну уж… – пробормотал он и глотнул кофе.

— Так и есть! – заверила Мэдж. – Но… признание, которое вы вытянули из Агнес Ноубл… Если она заявит, что вы получили его под давлением, можно ли будет опираться на него в суде?

Г. М. мрачно усмехнулся:

— На него не нужно будет опираться в суде, девочка моя.

— Не нужно? Почему?

— Потому что у нас есть признание от капитана Ноубла, – просто ответил сэр Генри. – Конечно, он не может свидетельствовать против своей жены, но он успел выболтать своим дружкам все, что нам было нужно.

Мэдж и Кэри уставились на него.

— Вам не нужно было признание убийцы? Тогда какого черта, – с горячностью спросил Кэри, – вы устроили это жутко опасное шоу в террариуме?