Онлайн книга «Лето в Российской империи»
|
— Подожду, конечно. Тем более что с утра, пока вы спали, принесли новости. Не слишком приятные, впрочем… Корсаков прогулялся до кухни, сварил себе кофе в турке (здешних слуг он к сему священнодействию не подпускал) и уже с чашкой вернулся обратно на веранду. — Итак, что за новости? – уточнил он, устраиваясь в огромном старом кресле, что на лето вытаскивали из дома. — Александр Александрович вчера скончался, – ответил Хранилов. — Александр Александрович? А-а-а, это тот забавный человечек, что навещал вас и пытался выкупить землю. Ветошин, не так ли? — Он самый. — Как странно. Создавал впечатление абсолютно здорового человека… Что с ним произошло? — А это зависит от того, кого вы спросите, – уклончиво ответил Хранилов. – Врач сказал, что его апоплексический удар свалил, пока Александр Александрович возвращался по жаре домой. — В такую погоду? Немудрено. — Вот и я о том же. А вот Ладыжин говорит, крестьяне шепчутся, мол, полудница[20] его забрала. — Полудница? – переспросил Корсаков. – Как любопытно… Здешние крестьяне всегда такие суеверные? — Вообще-то нет, – ответил Хранилов. – Близость столицы, да и святые места под боком. Тут не до суеверий. Понятное дело, что в поле посреди дня они работать не пойдут, но тут уж банальный здравый смысл, знаете ли. — Тогда откуда слухи? — Говорят, что перед смертью Александр Александрович зачем-то бродил по полю, будто загипнотизированный. И успел сказать, что видел кого-то в белом платье посреди ржи. Галлюцинации, вероятно. Сами знаете, разгоряченный мозг и не на такое способен. Их разговор прервал звон столовых приборов. На веранде появился старый лакей, держащий в трясущихся руках поднос с завтраком. От дрожи вся посуда ходила ходуном. Владимир вскочил и забрал у слуги поднос, пока тот не опрокинул всю посуду. Лакей медленно перевел взгляд на руки, будто пытаясь понять, куда делся его груз. Несколько секунд спустя он увидел, что поднос уже стоит на столе. Помедлив еще с полминуты, он развернулся и зашаркал обратно в дом. — М-да… – только и смог промолвить Корсаков. – А знаете… Люблю я всякие страшные истории, да еще с народными верованиями. Прокачусь, пожалуй, после завтрака в город, поспрашиваю, что там на самом деле с Ветошиным произошло. А то совсем сгину тут у вас со скуки… — Воля ваша, Владимир Николаевич, – пожал плечами Хранилов. – Да только что вы хотите выяснить? Не водится ли у нас здесь и впрямь полудница? — Что-то вроде того, – усмехнулся Владимир и пригубил кофе. III Сказать по правде, Корсакову действительно было просто невероятно скучно. Ничего от своей поездки в Звенигород он не ждал, разве что рассчитывал, что импровизированное расследование развлечет его на пару часов. А потому повелел после завтрака заложить коляску и отправился из усадьбы на юг, в город. Как и полагалось махонькому уездному городу, все официальные учреждения ютились под крышей одного казенно-коричневого дома. Здесь поочередно заседали земская управа, мировой съезд, крестьянское, питейное, воинское и многие другие присутствия. Корсаков, как человек нечиновный, испытал гнетущее впечатление от одного взгляда на его унылый, казарменный вид, ветхость и полное отсутствие какого бы то ни было комфорта как снаружи, так и внутри. |