Онлайн книга «Не проси»
|
На полке лежали две вещи. Серая униформа сторожа, аккуратно сложенная, как в морге складывают одежду покойника. И толстый журнал в чёрной клеёнчатой обложке. Не дневник. Именно журнал. Конторский, тяжёлый, с пронумерованными страницами. На обложке выцвела надпись: ЖУРНАЛ БЕРЕЖНОГО А. С. «пост наблюдения / Чернореченская ГРЭС» «объект: М-04 / Исполняющий контур» «куратор: инженер С. П.» «архив N.A.» Ниже почти стёртой строкой шли латинские слова. Виктор не знал языка и разобрал только одно: Nox. Виктор сел прямо на пол. Некоторое время он просто держал журнал на коленях и не открывал. Казалось, если он сейчас поднимет обложку, станция узнает. Даже не Механизм. Всё здание. Коридоры, трубы, лестницы, крысы, заложенные окна — всё повернётся к нему своей невидимой стороной. Снизу донёсся далёкий гул. Виктор прислушался, ещё немного посидел неподвижно и открыл журнал. Первая страница была заполнена ровным официальным почерком: Бережной Александр Сергеевич. Год рождения: 1988. Допуск: временный. Назначение: ночной сторож, пост 4. Основание назначения: личное прошение / финансовая нужда / наличие эмоционального якоря высокой плотности. Якорь: Екатерина М.А., диагноз — прогрессирующее поражение нижних конечностей. Примечание инженера: кандидат пригоден. Любовь активна. Самообман устойчивый. Виктор перечитал последнюю строку три раза. Любовь активна. Самообман устойчивый. Его замутило от сухости этих записей. Складывалось впечатление, что Сергей Петрович ничем не отличается от Механизма: такой же холодный, расчётливый, имитирующий человеческую речь. Он перевернул страницу. Дальше шёл уже другой почерк. Неровный, живой. Почерк человека, который не привык писать много, но пытается быть аккуратным. 3 августа. Первая смена. «Инженер странный малый, но деньги обещали хорошие. Сказал не спускаться в машинный зал. Да мне и не надо особо. Главное — продержаться пару месяцев. Катю надо поставить на ноги. Врачи говорят, шанс есть, если успеть. Я успею». Ниже: «Обход 00:00. Всё тихо». «Обход 03:00. Всё тихо». «Обход 06:00. Всё тихо». Следующие страницы были похожи. Сухие записи про обходы, пломбы и двери. Иногда — личные фразы на полях. «Крысы тут, конечно, наглые. Одна сидела на стойке и смотрела на меня, как начальник». «Поймал сеть на лестнице, Катя написала: «Болит меньше». Хороший день». «Инженер опять приходил. Спросил, не слышал ли я радио. Сказал: если услышу, записать «всё тихо». Точно ненормальный. Но платят, потерплю». Виктор читал быстро, жадно, чувствуя, как внутри нарастает странное, почти болезненное родство с неизвестным человеком. Бережной был не предупреждением из чужой страшной сказки. Он был таким же. Мужик, которому надо было спасти любимого человека, который согласился не замечать очевидного, пока платили. Но потом записи изменились. 29 августа. «Сегодня слышал голос из машинного зала. Катин. Звала меня. Говорила, что холодно. Кати там не могло быть. Ведь не могло? Я не пошёл. Потом долго блевал в раковину. Инженер опять пришёл утром и спросил: «Выдержали?» Я сказал: «Да, конечно». Он улыбнулся. Я очень хотел ударить его и даже попытался, но почему-то не смог». 31 августа. «Катя упала дома. Врачи говорят, ухудшение. Теперь деньги нужны быстрее. Я проторчал у двери машинного зала минут двадцать. Не решился открыть её». |