Книга Ведьма на выданье, страница 115 – Марина Комарова

— Под присмотром лекаря, — сказал Шлях-Успенский. — Но шансы невелики. Что вы помните?

Что я помню?

Стало совсем дерьмово — помню я всё с отвратительной четкостью. И от этого к горлу подкатила дурнота. Только вот самое последнее как в тумане.

— Что произошло? — еле слышно спросил я, запуская пальцы в волосы. — После того, как я, как мы…

— Достигли пика наслаждения? — с готовностью подсказал он.

— Мой князь, если бы не субординация, я бы сказал что-то другое, но… могу сказать только одно — да.

Раздражение и гнев пришлось затолкать подальше. Ссориться с князем, который сейчас владеет нужной мне информацией, — верх глупости. Пусть и очень хочется подойти и просто по-человечески дать в морду.

Шлях-Успенский усмехнулся.

— Произошло прекрасное, я даже не ожидал такого эффекта. Слушай…

Оказалось, Князь Претёмных поделился с Алиной своей силой. Точнее, передал княжеский дар, который обычно достается в качестве благословения кому-то из ведьм, явившихся на Выданье. Сила была очень желанной, а смоль именно к ней и стремилась.

Поэтому под завязку наполненная тьмой Алина пришла ко мне. Во время эмоционального накала и оргазма смоль рванула в неё. Но в тот же момент подействовали заклятье и зелье пани Валевской, направленные на перевоплощение.

Я стиснул зубы.

Ведь знал же, прекрасно понимал, что это за ритуал. Сам никогда не проходил, но сталкивался по работе. А это… это может значить, что Алина никогда не встанет. И от этого стало настолько страшно, что все бои с нежитью и прочими тварями показались детской забавой.

— Как вы могли на это пойти?

Собственный голос показался чужим. Улетучилась вся осторожность и всё почтение к князю. Теперь я готов придушить его своими руками.

Шлях-Успенский явно почувствовал моё настроение. Правда, трусом он никогда не был, поэтому только поднялся с кресла.

— А как могли не пойти? Смоль опасна, пан Скорбута. Подставлять под удар гостей, а то и всех жителей Речи Шветной я не собирался.

— Но у вас был я, — шумно выдохнув, сказал ему. — Можно было просто уничтожить…

— Заткнись, мальчик, — ласково приказал он и вышел из комнаты.

Я ухватил стоявший рядом на столе подсвечник и запустил им в кресло, где ещё недавно сидела влиятельнейшая персона государства.

Уничтожу. Удавлю прямо на его гребаном троне, если не будет способа вернуть Алину к нормальной жизни. Я…

— И чтобы через полчаса был у меня в кабинете, вандал кузяков! — донеслось из коридора.

* * *

Время шло. И мы ничего не могли сделать.

Алина лежала бледная и безмолвная. Князь поместил её в кокон своей силы, которая не давала отойти в мир иной, но этого было мало.

— Перевоплощение — вещь странная и непредсказуемая, — хмуро говорила Валевская, и я не знал, радоваться или печалиться.

При виде этой женщины возникают смешанные чувства. С одной стороны, она прогнала смоль. С другой… уже дважды от её действий страдает Алина. Думать о том, что Алина сама к ней приходила и просила делать то или иное, совершенно не хотелось.

— В теле Алины нет души. Но в то же время я чувствую, что не всё потеряно. Такое впечатление, что её тут что-то держит, — закончила Валевская и вздохнула.

Малгожата была сама на себя не похожа. Говорила мало и очень скупо. Следовавший за ней тенью Горневич был не лучше, но, кажется, он просто не хотел оставлять её одну. То, что между ними что-то есть, видно невооружённым глазом. Вислава тоже выглядела отвратительно. Всё-таки тогда, в жилище волколака, я неслабо её приложил. И сразу она бодрилась, но потом ведьмовский ресурс дал сбой, и во всей красе проявились боль, синяки и желание никого не видеть.