Книга Подруга дочери. Летнее наваждение, страница 9 – Екатерина Дибривская

Бухточка — это маленький рай. Небольшой полукруглый пляж с мелким золотистым песком, омываемый лазурной водой. Пара зонтиков, лежаков. И ни души. Судя по всему, это частный пляж, примыкающий к вилле Пронских, хотя заборов тут нет, но почему-то сразу понятно — если сюда кто-то посторонний и забредает, то крайне редко.

Я расстилаю полотенце на лежаке, с наслаждением сбрасываю сарафан. Купальник — простой, чёрный, купленный на распродаже. Но здесь, под этим солнцем, перед этим морем, он кажется мне самым красивым. Я забегаю в воду. Она тёплая, как парное молоко, невероятно прозрачная. Я плыву, ныряю, ощущая, как смывается вся моя скованность, вся неуверенность. Это счастье. Простое, чистое.

Через час, уже обсохнув на солнышке, я замечаю фигуру наверху, на краю утёса. Артур. Он стоит, смотрит на море. Загорелый, в тёмных очках. Его силуэт чётко вырисовывается на фоне синего неба. Я замираю, любуясь им. Как он красив. Как непохож на всех тех мужчин, с которыми я знакома.

В какой-то момент он поднимает солнцезащитные очки на голову, медленно ведёт взглядом по пейзажу. Натыкается на меня. Я машу рукой, не думая. Он машет в ответ. Наши взгляды, несмотря на расстояние, встречаются на мгновение, и я чувствую, как земля уходит из-под ног. Что это? Простое приветствие? Или что-то большее? Моё сердце начинает биться чаще, а в голове кружится вихрь мыслей. Может быть, этот день будет не таким уж одиноким? Может быть, здесь, на этом уединённом пляже, под итальянским солнцем, что-то начнёт меняться?

Возвращаюсь на виллу ближе к обеду. Артур сидит на террасе с ноутбуком, но закрывает его при моём появлении. Его взгляд скользит по мне, задерживаясь на влажных волосах и капельках воды, всё ещё сверкающих на коже.

— Как вода? — спрашивает он.

— Идеальная! — восклицаю я, всё ещё под впечатлением. — Такой прозрачности я никогда не видела! И… такая тёплая, невероятно! — Я стараюсь говорить непринуждённо, но внутри всё трепещет от его внимания.

— Средиземное море в июне — волшебно, — соглашается он. — Голодны? Мария, наша домоправительница, оставила обед. Холодная паста с морепродуктами, салат. Не желаете составить компанию?

Я колеблюсь. Обедать с ним наедине? Это же… слишком интимно? Но отказываться — глупо и невежливо. Моё сердце начинает биться чаще, когда я представляю, как мы будем сидеть за одним столом.

— С удовольствием, — отвечаю сдержанно, хотя внутри испытываю настоящее волнение.

Обед проходит… на удивление легко. Артур не давит авторитетом, не пытается блеснуть эрудицией. Вежливо расспрашивает о моей учёбе, о журналистике. И слушает. Внимательно. Не так, как Инна, которая слушает, чтобы потом перебить и рассказать о себе. Он задаёт уточняющие вопросы, улыбается моим рассказам о курьёзных случаях в университетской газете.

Я ловлю себя на мысли, что говорю больше, чем планировала, и много смеюсь. Его смех глубокий, заразительный. В его глазах пляшут смешинки, когда я рассказываю о том, как перепутала интервью с ректором с выдуманным ради первоапрельской шутки интервью с кошкой в студенческом общежитии.

Он рассказывает немного о своих первых шагах в бизнесе, о сложных переговорах. Без пафоса, с лёгкой самоиронией. Его истории захватывают.

— … и вот я стою в этом дворце в Эмиратах, а шейх смотрит на меня как на назойливую муху, — смеётся он. — А у меня в голове одна мысль: «Боже, как же я хочу простой жареной картошки с селёдкой!»