Книга Ошибочка вышла, страница 37 – Ядвига Благосклонная

Мы сидели в тишине, должно быть, около пяти минут, прежде чем она подала голос:

— Я рада, что ты с Тимом.

Я замерла с чашкой у рта, а затем отпила и аккуратно поставила ее на стол.

— Тим хороший. Бывает иногда редким засранцем, но у него большая душа.

Мне нечего было сказать, поэтому меня хватило лишь на кивок головой.

Враньё затягивалось. Мне правда не хотелось знать, каким чертовым образом этот интриган будет выпутываться из этой паутины лжи. Однако почему-то ни капли не сомневалась, что этот ирод что-нибудь да придумает.

— Не обращай внимания на его отца. Он переживет, — махнула она рукой. — К тому же, не все на бизнесе строится, — добавила женщина, чем ввела меня в смятение.

Ее голос звучал так, словно я должна была понимать, о чем она говорит. Но будь я проклята, если хоть догадывалась! Конечно же, Тим не посвятил меня в подробности.

— Ваша правда, — ответила.

Мы посидели еще какое-то время, между тем обсуждая всякие мелочи. Женщина с нескрываемым интересом слушала меня. Безусловно, ей было не все равно, с кем встречается ее сын. И я в который раз убедилась, какая же Тим бессовестная сволочь. Надеюсь, у него хватит смелости сказать этой женщине, что он подлый лжец. Она как никто заслуживала этого.

Незаметно наступило девять вечера, и, признаться честно, как бы не было мне приятно общество Антонины Николаевны и Николь, что присоединилась к нам часом позже, мне хотелось поскорее заснуть, а после, минуя трехчасовую дорогу, оказаться дома. В родных стенах.

С другой же стороны, мне предстояла встреча с родителями, а вместе с тем очередная «серьезная» беседа.

Тима я так и не видела. И даже когда поднялась в комнату, его не застала. Я не беспокоилась, отнюдь. Но с его стороны было некрасиво оставлять меня одну в чужом доме. Впрочем, я другого и не ожидала.

К тому моменту, когда мое личное проклятие изволило явиться, я успела принять душ, а также постелить.

Он не сказал ни слова, но, когда прошел мимо, заставил меня поморщиться. От парня пахло табаком.

Когда Тимур так же молча удалился в ванную комнату, сделала вывод, что у нас взаимный «игнор».

Я слышала звук воды, и внезапно в памяти вспыхнуло воспоминание, которое узлом отозвалась внизу моего живота. В тот раз он тоже был в душе. Я повернулась и тщетно пыталась восстановить рваное дыхание. Сглотнув, я перевела взгляд на дверь, а после помотала головой.

«Должно быть, это все нервное напряжение», — решила для себя, между тем проводя рукой по лицу отчего-то потными ладошками.

Через пять минут, за которые я успела себя извести и поменять положение своего тела около двадцати раз, дверь ванной отворилась и парень вышел.

Полотенце было завязано на его бедрах, и я смело могла назвать его внебрачным сыном Аполлона.

Зажмурилась, и до меня донесся смешок голубоглазого, что заставило меня резко раскрыть глаза.

Он стоял в нескольких метрах от меня около шкафа нарочно долго, словно выбирал, что ему надеть. Однако, признаемся честно, выбор был невелик. Все, что мог надеть парень, — это трусы. Сомневаюсь, что его сильно заботил их цвет.

Я вновь закрыла глаза и вздохнула.

Услышала шуршание и предположила, что Тимур переодевался. И, как бы не был велик соблазн рассмотреть парня во всей красе, я заставила себя лежать по стойке смирно.