Книга Ошибочка вышла, страница 36 – Ядвига Благосклонная

— Это и дураку понятно, — язвительно заметила.

Парень одарил меня хмурым взором, а после как-то зло, прищурив глаза, выплюнул:

— А почему ты убежала от своей матери?

По спине прошел озноб. Мне нужно было держать язык за зубами. Это был камень в мой огород и ответ на мое чрезмерное любопытство. Однако, в отличие от этого негодяя, я заслужила свои ответы. Вероятно, его мало волновало, что я заслужила, а что нет.

— Не твое дело, — прорычала, сжимая кулаки.

Он лишь криво ухмыльнулся, что больше походило на оскал.

Дыхание перехватило, грудь сжимало от напряжения, витающего в воздухе. Едва ли я успела перевести дыхание, как снова раздался его голос.

— Полагаю, разговор окончен, — несколько властно изрек.

Весь оставшийся путь мы провели в удручающей тишине, не обмолвившись и словом, что здорово сказалось на моей психике.

Стоило нам только припарковаться в гараже, как я тотчас же пулей вылетела из машины, словно мой зад припекло.

Мои нервы были на пределе. Мне хорошо было знакомо это чувство, однако я наивно полагала, что, за исключением моей матери, никто не имел на меня такое влияние. Как же я ошибалась!

Тим, не растерявшись, последовал за мной, и в мгновения ока его рука обернулась вокруг моего запястья, тем самым останавливая меня на выходе из гаража.

— Яна…

Я вздохнула, а после повернулась, всем своим видом демонстрируя крайнюю степень недовольства.

— Что?

Парень нервно усмехнулся и выругался себе под нос.

— Я не хотел тебя обидеть, — пробормотал он, неловко потоптавшись на месте и даже несколько смущаясь.

Вполне возможно, если бы я не была раздражена и так зла на него, то сочла бы его извинения милыми. Однако сейчас парень имел дело с разгневанной фурией.

— Почему? Не уж то потому, что шанс меня трахнуть в таком случае равен нулю? — прошипела, готовая буквально плеваться своим ядом.

— Что? — на его лице отразилось замешательство. — С чего ты взяла?

Я фыркнула.

— Может, с того, что ты постоянно только на это и намекаешь?

Губы Тима искривились, словно ему были неприятны мои слова, а затем он сделал шаг назад, отпуская мою руку.

— Я не отрицаю, что хочу тебя. Но если бы я действительно этого сильно захотел, ты бы уже давно проклинала и меня, и себя, — расплылась на его лице гаденькая улыбочка.

Его голос звучал столь уверенно, будто парень не сомневался в своей правоте. Полагаю, чрезмерное женское внимание разбаловало его. Я нарочно рассмеялась, а после, цокнув, окинула его скептическим взором.

— Пусть будет по-твоему, — вырвалось изо рта, а после я развернулась и уже хотела направился в дом, но, повернув голову, голосом полным отвращения выплюнула: — И да, оставь свои жалкие извинения для другой дурочки. Я в них не нуждаюсь.

Меня колотило. Самое отвратительное было то, что я была совсем одна. В чужом доме. За сотню километров от дома. Даже если бы я и хотела куда-нибудь уйти, мне было некуда. Я оказалась в ловушке, в которую сама себя загнала. Зайдя в дом, услышала шум на кухне и направилась на звук.

Мама Тима что-то стряпала. Благо, это был обычный какао, еще один ужин мне не пережить.

— О, Яна, — повернулась она.

Я слабо улыбнулась, не зная, что сказать. Алкоголь выветрился из моего организма еще в машине.

— Какао? — предложила она, на что я кивнула.