Книга Ошибочка вышла, страница 35 – Ядвига Благосклонная

— Не стоит, — тотчас же отозвалась. — Мне даже понравилось.

— Ну, в таком случае, — растянула она на губах улыбку и подняла бокал с белым вином, — за это нужно выпить.

Я хихикнула, а затем тоже подняла бокал и чокнулась с женщиной, а после и с Николь. Мужчины же оставались молчаливы.

Мельком глянула на моего спутника, тот в свою очередь прожигал меня взглядом. Мы смотрели друг на друга в течение нескольких секунд, за которые, вероятно, я успела умереть и воскреснуть. В этих невероятных голубых глазах плескался огонь, но, несмотря на это, его взгляд был несколько задумчивый и вместе с тем изумленный, словно он увидел перед собой саму Деву Марию.

Поспешно отвернулась и отпила из бокала.

Пожалуй, все очарование Тима в том, что порой он заставлял людей чувствовать себя особенными (в частности, девушек), однако я не собиралась вестись на эту шараду. Я все еще помнила, каким милым он мог быть, когда ему что-то нужно. Помнила, как он смотрел на девушек, как пускал им пыль в глаза. Он любил флиртовать, любил создавать неловкие ситуации и вводить в смущение. Что ж, стоило об этом не забывать. Пусть он не давал обещаний, и каждая знала, что это лишь игра, однако, когда парень так смотрел на тебя, ты забывала обо всем.

* * *

Мы ехали домой в молчании. Я была слегка под шафе. Тосты из уст Антонины Николаевны лились рекой, и под конец нашего обеда-ужина даже Валерий Степанович пару раз пригубил коньяка «за здоровье и любовь».

Тим же, в свою очередь, не притронулся к алкоголю. Я задумалась: не припомню, чтобы он вообще употреблял. Даже на вечеринке, когда я к нему ворвалась, он был трезвый.

Покосилась на парня. Тот сосредоточенно следил за дорогой, которая, к слову, освещалась лишь светом фар. Было начало седьмого вечера.

— Что? — поинтересовался он.

Пожав плечами, отвела взгляд, но спустя несколько минут он снова притянулся к Тиму.

— Я знаю, что неотразим, но, если ты чего-то хочешь, просто попроси, — проворковал, как-то греховно соблазнительно ухмыльнувшись.

— Я не настолько пьяна, — произнесла надменным тоном и, не удержавшись, закатила глаза.

Глаза парня вспыхнули, и он прикусил губу, а затем, повернувшись ко мне, приподнял бровь в вопросе.

— Хм-м, — сделал он паузу, — то есть стоило тебе выпить больше, и у меня был бы шанс?

Я зарделась и, услышав смех парня, ударила того по ноге, произнеся:

— Идиот!

Глаза Тимура озорно бегали по мне, и против моей воли краешек моих губ дернулся, но мне удалось сдержать улыбку.

— Вообще-то, у меня к тебе есть пара насущных вопросов, — проговорила уже более серьезно, теребя руки.

Пожалуй, сейчас самое время для разговора. И вопросов, которые, казалось, съедали меня живьём. Меня буквально разрывало любопытство, но я стойко терпела несколько часов, засовывая свой интерес куда подальше. Нынче же я решительно настроена получить ответы.

Парень кивнул головой, произнеся:

— Слушаю.

— Твой отец мне не рад, — сказала я, откашлявшись. Это не был вопрос, это было утверждение. — Почему?

Лицо Тима из игривого неожиданно превратилось в мрачное.

— Ему вообще редко кто нравится.

— Почему? — более настойчиво повторила.

Он вздохнул. Челюсть крепко сжалась, спина стала неестественно ровной.

— У нас с ним разногласия.

Из меня вырвался смешок. Не то чтобы я и правда ожидала, что Тим разоткровенничается. Ну, а вдруг? Впрочем, не так уж и важно.