Книга (не) Родная дочурка для мэра, страница 33 – Лена Лорен

Господи, что я несу? И какой только черт меня потянул за язык?

Меж тем брови Старовойтова взлетают к линии роста волос. Не мигая, он раскрывает рот, туго сглатывает, а потом снова косится в сторону кустарников и судорожным жестом ослабляет на себе узелок галстука.

— Жена? Вы жена Богдана Никольского? — удивленно повторяет, побелев, как мел. — Я не ослышался?

— Нет, Николай Васильевич, со слухом у вас всё в порядке, — фальшиво улыбаюсь, расправив свои плечи. — Так мне что-нибудь передать мужу?

Мужчина молчит, уставившись на меня, точно на приведение. Это даже смешно. Однако в следующий миг мне становится вообще не до смеха.

— Мама, мам, мне опять приснился папа! А давай мы ему позвоним! — по лестнице суматошно спускается Катюша, и всё внимание Старовойтова теперь обращается к моей дочери, несущейся метеором на первый этаж.

Катюша в мгновение ока оказывается рядом. Старовойтов таращит на нее ошалелые глаза, у него напрочь теряется дар речи. Весь его словарный запас сокращается до охов-вздохов и бессмысленных междометий. Он глубоко растерян, бледный, как чистое полотно.

Готова поспорить, его мозги вот-вот закипят, из ушей пар повалит, а сам он засвистит как чайник на раскаленной плите. И всему виной моя дочурка. А если точнее, то запущенные мыслительные процессы, касающиеся кровного родства Катюши и Богдана.

Боже, они и впрямь очень похожи… И сейчас я лишний раз в этом убедилась.

Да они настолько похожи, что даже я сама могу поверить в их родство. А Старовойтов и подавно.

С меня сто потов сходит, когда в голове возникает мысль о донорстве.

А что, если Никольский сдавал свой биоматериал в репродуктивном центре, в котором мне проводили процедуру ЭКО? Что, если он и есть отец моей Катюши?

Но я тут же отметаю эту мысль, сочтя ее сказочным бредом.

Этот мужчина не пошел бы на такое. Уж если он так тщательно скрывает свою личную жизнь, то не стал бы сдавать свое семя в клинике, где его могли многие узнать в лицо.

Этот вариант точно отпадает. А их схожие черты лица и мимика — простое совпадение. Такое бывает.

Меж тем Катюшка уже дергает меня за карман халата.

— Мам, ну давай позвоним папе, покажем ему, какой кукольный домик ты мне подарила, — умоляюще смотрит она на меня снизу вверх, и только потом обращает внимание на незнакомца, стоящего на крыльце. — Ой, я думала, ты одна, — пугается она и сразу же прячется за меня.

А я сама с радостью бы спряталась куда-нибудь, лишь бы не испытывать муки совести за свои необдуманные слова.

Жена! Додумалась же!

Катюша не поймет моих намеков, как не поймет и того, что я назвалась женой Богдана.

И зачем я только ввязалась в это?

Но фарш назад не провернуть. Надо как-то выкручиваться…

— А над вами птички летают, — опережает меня Катюша, обращаясь к Старовойтову. — Мам, а как их называют?

Я поднимаю голову, замечая, как над Николаем Васильевичем действительно кружит стайка птиц. Это семейство я и раньше замечала. В окне нашей спальни. Наверное, где-то поблизости у них гнездо.

— А это стрижи, родная, — отвечаю я скованно.

— А-а-а, — протягивает она осознанно, а затем пальчиком указывает на мужчину. — Кто-то из стрижей покакал на ваше плечо.

Николай Васильевич недоуменно моргает, а потом бросает косой взгляд на свое плечо. Сконфуженно усмехается, заметив на нем птичий помет.