Книга (не) Родная дочурка для мэра, страница 32 – Лена Лорен

Да как его только земля носит⁈ Ненавижу паршивца!

После разговора с бабушкой нам ничего не остается, кроме как остаться в доме Богдана до завтрашнего дня. За ночь я придумаю, как мне поступить. На худой конец, попробую кредитнуться. Без этого никак не создать для Катюши более-менее благоприятные условия. Только о ней я беспокоюсь. Была бы я одна, и ноги бы моей уже не было в этом доме. Но дочку я не могу обречь на скитания.

Весь вечер и всю ночь я думаю о просьбе Богдана. Безвыходное положение заставляет меня примерить на себя роль его фиктивной жены, но всякий раз я возвращаюсь к категоричному «Нет. Ни за что я не стану играть в такие игры, которые нам потом могут вылезти боком».

Утром меня будит дверной звонок. Надеясь, что Богдан соизволит открыть гостю, я пережидаю, стоя на лестнице и кутаясь в домашний халат.

Прислушиваюсь к звукам, доносящимся из крыла, где обитает Богдан. Шагов не слышно, только работающий телевизор разбавляет тишину. Прислуги сегодня тоже в доме не наблюдается.

Затем дверной звонок повторяется, разнося эхо во всему дому.

Я спускаюсь в холл и подбегаю к домофону, на экране которого появляется какой-то упитанный седовласый мужчина, одетый в деловой костюм.

Раз Богдан не спешит спускаться, я решаю хотя бы спросить, кого это к нему занесло. Мало ли. Может, это кто-то важный.

Нажимаю на кнопку, но вместо того, чтобы включить микрофон, случайно открываю дверь.

В окно вижу, как мужчина входит во двор и поднимается на крыльцо.

Блин!

Ну и что мне делать? Я ведь уже открыла одну дверь. Придется открывать и вторую.

— Здравствуйте, а вы, наверное, к Богдану? — вежливо обращаюсь я к мужчине, толстощекое лицо которого я уже где-то видела.

— Всё верно, — улыбчиво отвечает, заинтересованно осматривая меня с головы до ног. — А он дома?

— Нет, Богдан отъехал, — отвечаю, исходя из того, что его машина не стоит во дворе, а телевизор он, скорее всего, просто забыл выключить.

— Ох, как жаль, — уныло протягивает и засматривается куда-то в сторону густых кустарников, которые растут за пределами территории дома Богдана. — А я звонил ему, но он трубку не брал. Кое-как нашел его домашний адрес, думал, застать его у себя. У меня к нему одно очень срочное дело имеется, — важно доносит мужчина, теперь уже заглядывая за мою спину, словно проверяя, не прячется ли за мной Богдан.

Очевидно, тем самым он желает напроситься внутрь, но я не могу впустить незнакомца в дом, в котором сама живу на птичьих правах.

И тут я вспоминаю, где могла видеть этого мужчину. Это же тот самый Старовойтов, с кем Богдан делит лидерскую позицию в выборах. Я узнаю эти маленькие хитрые глаза.

— Сожалею, Николай Васильевич, но Богдан не сообщил, когда он вернется. Мне что-нибудь передать ему, когда он приедет? — тактично намекаю ему, что не впущу его в дом.

Мужчина кривит рот и снова проходится по мне оценивающим, сальным взглядом.

— А вы, стало быть, его домработница?

Не знаю, почему, но предположение Старовойтова меня оскорбляет. Я ведь в домашнем халате перед ним стою и с нечесаной головой.

Разве домработницы расхаживают во время работы в таком виде?

— Нет, я его жена, вообще-то, — гордо сообщаю я, нисколько не тушуясь, но уже буквально через пару секунд начинаю жалеть о сказанном.