Книга Бывший муж. Я хочу нас вернуть, страница 76 – Анастасия Петрова

— Юль? — хочу остановить, но она, лишь мельком взглянув на меня, продолжает это бессмысленное сейчас действо.

— Эй, у тебя всё нормально? — ловлю её руку, которая в очередной раз тянется к полу.

Наконец, любимая женщина замирает и смотрит на меня даже с неким испугом.

— Да, — она почти шепчет, оставляя пакеты на тумбе. — Чай будешь?

От предложения не отказываюсь, и мы вместе двигаемся в сторону кухни.

— Я переговорил с тем специалистом, к которому хочу отправить Карину, — Юля резко останавливается и кивает. — Хочу, чтобы мы вместе повезли её. Она… ты ей очень нужна, она сама не осознаёт, как скучает.

— Да, я ей звонила сегодня, — соглашается бывшая жена. — Спасибо тебе, Саш.

— За что? — хмурюсь.

— За то, что смог сдвинуть её. За то, что сказал ей те слова, у меня бы не вышло.

— Всё бы вышло, ты бы нащупала ту нить, — уверенно парирую, потому что не сомневаюсь.

Несмотря на разлуку и недопонимания, Карине нужна Юля. А Юле нужна Карина. И они смогли бы. Я в них обеих верю больше, чем в себя.

Она ставит две чашки чая на стол и садится напротив. Любуюсь её красотой, беспорядочной прической, собранной наспех, чтобы было удобно паковать вещи. Лёгким домашним комплектом одежды, в котором она выглядит особенно уютно. Такая домашняя и родная, что в груди вдруг щемит.

Рука сама тянется к груди, туда, где сердце. Наивно надеюсь, что это ослабит давление.

— Всё хорошо⁈

Она хмурится, и в голосе читается тревога. А я, как безумный, пользуюсь этим, впитывая в себя её эмоции.

— Может вызвать врача, Саш? — Юля даже с места привстаёт, когда я не отвечаю. — Воды налить? Или корвалол? Может б…

— Родная, — останавливаю её, и это вырывается самопроизвольно. Ненамеренно. Слетает с языка, будто как раньше.

— Только не говори, что всё в порядке, — мгновенно отвечает она.

Юля реагирует, как когда-то в прошлом.

Застываю, глядя на неё. И только теперь, когда слова уже озвучены, она осознаёт, что только что было.

— Врач тут не поможет, — тяну с полуулыбкой, но добавляю о важном, чтобы не раздражать её: — По поводу лечения думаю, что после консультации станет понятно. Но я бы не хотел класть её в клинику. Хочется верить, что ей смогут помогать амбулаторно.

Юля тем временем кивает, делая глоток чая. И в глазах её некая растерянность. Я не знаю, как прошёл их вечер с Кариной, да и не буду лезть. Это их личное, которое им надо прожить вдвоём, разрешив все недомолвки. Каждый, видимо, сейчас в нашей сломанной семье пытается урегулировать споры друг с другом и с самим собой. По-своему: где-то — через тернии, где-то — напротив, отпустив.

— Можно спросить тебя? — наконец говорит она. Я киваю.

— Ты все эти годы… ты ушёл к другой женщине, жил с ней. — Я снова киваю. Не хочу признавать, но по факту — ни добавить, ни убавить. — Зачем спрашивал про меня в фонде? Зачем отчислил деньги на мой проект?

Сглатываю, глядя на неё.

— Потому что люблю, Юль, — жму плечами. — И не переставал, и не перестану, как бы наша жизнь в дальнейшем ни сложилась. Я, видно, сильно недалёкий, раз мне нужно было столько времени, чтобы разобраться в себе.

Придурошная шутка, чтобы хоть как-то сгладить.

— Я так долго пыталась разобраться в себе, Саша. Так долго пыталась понять, за что ты так с нами поступил… Ведь сам боролся за меня, долго ухаживал, любил, а потом просто одним мгновением мы стали друг другу чужие. Скажи, почему мы это допустили?