Онлайн книга «Развод. Месть. Любовь»
|
Глава 16 Две недели спустя — Красивая квартира, — мама улыбается по-доброму. Касается моего плеча вскользь, а потом хватается за коробку с тортом, который сама же и принесла. — Сейчас нарежу. Наблюдаю за тем, как она берет нож, вскрывает коробку, отрезает два кусочка и перекладывает их на тарелки. Я вижу, что она не просто так приехала. Родители в последнее время вообще слетели с катушек в плане «поддержки». Только вот они контролировать пытаются, а не поддерживать. Хотят отмотать время. Иногда даже складывается впечатление, что мне снова семнадцать и они из кожи вон лезут, чтобы прожить мою жизнь и параллельно залюбить до смерти. — Может, все-таки вернешься домой? — Ставит передо мной тарелочку и хватается за чайник. Разливает кипяток по кружкам. — Мы всегда тебе рады. — Я хочу побыть одна, — подпираю висок ладонью, расковыривая кусок торта чайной ложкой. Настроение на нуле. Восемь дней назад нас с Ермаковым развели. Без суда. Демид просто отписал мне половину имущества. Молча. И так же молча исчез. Что я чувствую по этому поводу? Растерянность. Я готовилась к судам, борьбе, не верила, что сможем разойтись мирно, а в итоге… А в итоге я вполне себе состоятельная женщина теперь. Разведенная. Молодая. Красивая. А еще печальная. В груди рана, и она кровоточит не переставая. — Доченька, ты же не ешь совсем. Кожа да кости. Этот… Господи боже, за какие грехи он вообще в твоей жизни появился? Жму плечами чисто по инерции, на самом же деле игнорирую мамину реплику. То, что насилия в нашей с Демидом семье не было, родителям не докажешь. Они втемяшили себе в голову, что Ермаков лупил меня с утра до ночи, поэтому-то имущество и отписал перед разводом. Рот мне таким образом закрыл. Напрямую родители не говорили, но намеки, что деньги эти — зло, а я жертва, были очень жирными. — Хорошо, что теперь его нет. Давно нужно было развестись. Все правильно, дочка, — мама снова улыбается в знак поддержки и делает глоток чая. — Ты о работе думала? — Думала. Сегодня еду на собеседование. — Куда? — В один неплохой лицей. — Хорошо. Надо работать, детонька, тебе теперь самой себя содержать нужно. Поднимаю взгляд на мать. Ее слова звучат так, словно я последние годы дома сидела и работы у меня не было. Ясно, конечно, что основной вклад в семейный бюджет делал Демид, но я вроде тоже сутками на диване не валялась. Хочется, конечно, вставить шпильку. Сказать, что денег мне теперь надолго хватит, но я молчу. И зря, наверное, потому что мама вот продолжает… — Не думала еще, в какой фонд перечислить его поганые деньги? — Нет, — апатично качаю головой. — Нужно подумать. И недвижимость эта. Лучше продать и… Мама очень воодушевленно рассказывает мне, что делать с имуществом, которое тянет на десятки миллионов рублей, а я стараюсь вспомнить момент, когда вообще допустила все эти разговоры. С чего вдруг мои родители решили, что имеют право чем-то распоряжаться, что-то советовать? Бред. — Мам, давай мы не будем. Ладно? — прерываю ее пламенные речи. Мама вздрагивает, округляет глаза, в которых тут же встают слезы. — Ты решила взять подачку? Он тебя… Над тобой… — Хватит, мама! — повышаю голос. Не кричу. Просто возвожу между нами границу. — Я сама разберусь. Ладно? — Ты, может быть, жалеешь? Вернуться к нему хочешь? Он над тобой издевался, опозорил, выпнул, как собаку побитую, а ты у него деньги берешь? У меня уже все спрашивают, что там Саша, как? Почему домой не возвращается? Сложно ей, наверное, после развода с тираном?! А мне что говорить? Моя дочь взяла у него деньги за то, что он ее избивал, и живет себе припеваючи? Так? |