Онлайн книга «Вкус невинности»
|
— Благодарю вас. Что до родов, то они прошли прекрасно. - Она не скрыла иронии в голосе. - Что до ваших чувств ко мне, то они хорошо мне известны. Эдуард тихо произнес: — Вы, очевидно, что-то имеете против меня. Я могу снова повторить то, что сказал вам год назад: я вас не обманывал. — Вы… — Позвольте мне договорить, - резко прервал он ее. - Поверьте, Адель, если вы и были чем-то разочарованы, то вина за это лишь в малой степени лежит на мне. Я всегда опасался этой вашей восторженности. Скорее всего, вы любили не того Эдуарда, каким я был, а того, каким вы меня представляли. Что поделаешь, такие ошибки часто совершаются в вашем возрасте. Со временем это проходит. Вас обманул не я, вы сами себя обманули. - Он усмехнулся. - Признаюсь, когда-то и я переживал что-то подобное. — А теперь вы стали более трезво смотреть на мир. — Намного более трезво. Нет смысла ненавидеть кого-то. Да и есть ли хоть в чем-либо смысл? Она пожала плечами. Глаза ее были все так же холодны. — Для меня смысл был, господин де Монтрей, когда я любила вас. Смысл был в том, чтобы приносить вам счастье. Но вы… вы низвели все это до такого уровня, что… — Что вы имеете в виду? — Вы низвели мою любовь до уровня двадцати тысяч франков, вот что! Он усмехнулся. — Вам, Адель, может показаться циничным, но все ваше возмущение - опять-таки от вашего возраста. Такова жизнь. Я не обращаю внимания на деньги. Это лишь был способ успокоить вашу мать. — Мерзкий способ, господин де Монтрей. Циничный способ. Вы хоть и мните себя каким-то особенным, но на деле вы - обыкновенный великосветский щеголь, бессердечный, бесчувственный, один из тех, которые обступали меня в Опере. Я их ненавижу, а у вас и повадки, и способы - именно от них… Эдуард холодно сказал: — Жаль. — Что «жаль»? — Жаль, что вы ненавидите стольких людей. Это пустая трата времени, Адель. Мне кажется, вы не созданы для ненависти. — Вы… что вы можете знать обо мне? Вы ничего не знаете! Он улыбнулся. — По-моему, у вас не тот склад ума и души, Адель. Согласитесь, что уж кое-что я о вас знаю. Вы слишком чувственны, слишком любите наслаждения, а женщины с таким темпераментом, как правило, не бывают жестоки. Она вскинула голову. Ее розовые губы отчеканили: — Вы не знаете меня. Может быть, вы еще убедитесь в этом. — Это угроза? — Это предупреждение. Он мгновение молча смотрел на нее. Доселе они вели какие-то умозрительные споры, которые, в сущности, не нужны были ни ему, ни ей. Эдуард даже усмехнулся про себя, подумав, что впервые говорит о таких вещах с ней. Говорить с Адель о таких глупостях - с ней, которая стоит в двух шагах от него, светловолосая, нежная, гибкая. Лукавая мысль закралась в сознание Эдуарда: изменились ли ее губы так, как ее сознание? Что было бы, если бы он поцеловал ее, коснулся ее груди, овладел ею страстно, как это делал когда-то? У него было подозрение, что она не оттолкнула бы его. Возможно, это был самый верный способ прийти к примирению. Но что будет дальше? Все закончится таким же скандалом, как в прошлый раз. Усилием воли он отогнал от себя ненужные мысли и ограничился тем, что произнес, качнув головой: — Знаете, Адель, что бы это ни было - угроза или предупреждение, меня это не волнует. Я скажу вам другое… в любом случае, что бы вы ни думали обо мне, я рад, что встретил вас. Потому, что вы, признаться, единственная, кто пробудил во мне хоть какие-то чувства. Вряд ли я когда-нибудь забуду вас, Адель. И мне кажется, что не будет самонадеянным предположить, что и вы вряд ли забудете меня. |