Книга Убей любимых, страница 114 – Л. Э. Харпер

Мой мозг вопит, пытаясь предостеречь меня от опасности. Как будто я – тот трезвый друг на вечеринке, которого заранее назначили водителем, чтобы предупредить возможную беду. Вален одурманен, и я обязана остановить его прежде, чем он скажет что-нибудь непоправимое.

— Разумеется, иначе, – соглашаюсь я. – Ведь я не она.

— Знаю. – Голос Валена надламывается. – Ты… ты больше, чем она. То, как ты любишь этот мир и как понимаешь тьму, которую я всегда был вынужден прятать. То, как ты говоришь о науке, и нюхаешь книги, и выдаешь гениальные идеи.

У меня открывается рот. В моих легких не хватает воздуха, чтобы спорить и уводить его с пути, ведущего к катастрофе. Я ненавижу его за эти отвратительно чудесные слова.

— Хотел бы я знать твое настоящее имя. – Он убирает прядь волос с моего лица. – Потому что мне кажется, что это всегда была ты.

От этого у меня в груди что-то обрывается.

— Ты любишь Кайлу, – горячо говорю я.

— Да. – Он сглатывает. – Но с тобой я… как будто дома. Я смотрю в твои глаза – и узнаю тебя. Твоя душа была сплетена с ее телом столько, сколько я ее знаю. И душу, а не тело я лю…

— Стой. – Слово звучит громко и грубо, полное не по адресу направленной резкости. – Ты все не так понимаешь.

В глазах у него мелькает неуверенность.

— Разве ты не чувствуешь того же, что и Кайла?

Что обжигает мне горло – скорбь или стыд?

— Все сложно. – Мы сидим в мучительном молчании, пока я выстраиваю объяснение, которого никогда не произносила вслух, даже на Земле. – Одно дело, чтó я чувствую. И, если быть честной, чувствую я то же самое. – Грудь у меня вздымается от подавляемых эмоций. – Но я не могу дать тебе то, в чем ты нуждаешься. Я… не такая, как Кайла.

Внутри у меня все корчится от неловкости. Я не хочу этого разговора. Я не без причин избегала его годами. Десятилетиями.

— Это связано с… Нет, не так. М-м, это… это о сексуальных предпочтениях.

Вален наклоняет голову. Несмотря на характер того, что мы обсуждаем, я чувствую, что далеко вышла за собственные рамки.

Всегда говорят: пиши о том, что знаешь. Но об этом я не знаю ничего.

— У вас с Кайлой были… телесные, сексуальные взаимоотношения. – Ох, это определенно стыд терзает мне горло и грудь. – Вы оба хотели… оба нуждались в этом. А я… – Не увлекайся словами. Скажи правду и заканчивай с этим. – Мне это не нужно.

Маска соскользнула с него, он стал прозрачным. Его уязвимость разбивает мне сердце, но и вызывает досаду. Вален понимает квантово-магическую запутанность, а такое осознать не способен.

— Но ты сейчас сказала…

— Я знаю, что сказала. Это правда. Вот почему все настолько сложно. Ты привлекаешь меня романтически, но не сексуально. Я могу чувствовать любовь так же глубоко и полно, как и все. Но не выражаю ее физически, как остальные.

Я словно извиняюсь. Я словно всю жизнь только и делаю, что извиняюсь за себя. Мы с ним из разных миров. Никогда это не было так очевидно, как теперь.

— Я понял, – говорит он чуть погодя.

— Точно? – спрашиваю я резче, чем собиралась. – Я хочу, чтобы с этим все было ясно. Это ее ты любишь, а не меня.

Он не двигается. Мы близко, но теперь нас разделяет гора невысказанных слов. К моменту, когда он наконец раскрывает рот, я уверена: что бы он ни собирался сказать, я не хочу это слышать.