Книга Измена. Любовь адвоката, страница 52 – Анна Гром

— И больше себя любить. Думать о себе в первую очередь. А не виться хвостом вокруг мужиков, – добавила Агата.

— Я не вилась хвостом. Просто иногда человек рядом оказывается мудаком, и ничего с этим нельзя поделать, – так было у меня с Ланским. В свои двадцать я мало что понимала в людях. Те, кто не алкаш и не дебошир уже тогда казались мне нормальными, даже идеальными.

— Знаешь, чем всё в итоге закончилось? – сказала Агата. – Он меня изнасиловал и избил. В итоге я сошлась с его лучшим другом. Мы его вместе тогда спасали и сблизились. Теперь бывший в лечебнице, родители его засунули. И винит нас во всех грехах.

— Главное, что ты теперь в безопасности. И счастлива.

Я вспомнила про Шумского. А я могу назвать себя счастливой с ним? Мы вообще успели хоть один день насладиться своими чувствами? А есть ли они?

Мы здорово поговорили, потом Агата довезла меня до похоронного дома, я забрала машину и поехала в полицию, подавать заявление на Ланского.

Я сидел в опеке, ждал своей очереди и названивал Майе. Как идиот. Она ясно дала понять, что не хочет меня видеть рядом. Конкретно в этот момент или вообще, я не уточнил. Но мне в любом случае вести её развод. Это дело я не брошу. Принципиально. А когда я с хлестнулся с этим слизняком по телефону, меня припекло так, что хотелось морду ему начистить. Жаль, что у нас в правовом мире, даже слово «дурак» можно пришить к делу, а уж про прикосновения и тем более удары и говорить нечего. Значит, придётся тебе, Олег, работать мозгами и красноречием в усиленном режиме.

Меня приняла главный специалист. Она тщательно изучила документы и материалы, которые я предоставил.

— На развод вы уже подали, как я понимаю, Олег Юрьевич? – она строго взглянула на меня поверх очков.

— Всё верно. Юлия Вениаминовна в данный момент не желает съезжать с моей добрачной квартиры. Ожидаю заседания суда, – я понял к чему она клонит. Дальнейшее проживание дочери с матерью сильно повредит её психике, уже и так пошатанной. Главный специалист удовлетворительно кивнула, возвращаясь к изучению материалов.

— Надеюсь, всё пройдёт быстро, и Юлию Вениаминовну не придётся выселять с приставами, – она посмотрела в экран своего компьютера и пощелкала мышью. – Инспектор придёт к вам сегодня вечером. Вы будете дома?

Надо же, как быстро. Я ожидал явки инспектора не ранее, чем в течение недели, эта бюрократическая машина обычно неповоротлива, если речь не идёт о прямой угрозе жизни или здоровью ребёнка. Видимо, главный специалист сочла дело безотлагательным. Что ж, тем хуже для госпожи психолога.

— Будем, – непременно.

— Инспектору необходимо будет пообщаться с Алёной.

— Хорошо. Я согласен.

— И с вашей супругой.

Экс-супругу из квартиры теперь бульдозером не выставишь, но всё равно я перестраховался и, выйдя из отделения, написал ей смс, что у нас вечером будут гости. Юлия ответила «ок». Незамутнённая женщина. Как ни в чём не бывало. Посмотрим, как ты оценишь сюрприз.

Наконец, позвонили из школы. Алёну готовы были принять в новый класс после каникул. Нужно было сходить туда и познакомить Алёну с новой учительницей, навести мосты. А пока до вечера в работу. По самую маковку. Работа не даст мне думать о Майе.

Майя

Я просматривала материалы, которые подготовила для потопления великого психолога Юлии Шу. Я выслала их своей руководительнице в надежде протолкнуть статью сначала в журнале. Она перезвонила мне через десять минут.