Книга Бывшие. Два часа до полуночи, страница 13 – Анна Гром

— Я тоже не понимаю эти лавандовые, тыквенные и прочие вкусовые извращения, — говорю я. — Кофе — это очень честный напиток. Одолжен быть горьким.

— У тебя там вроде молоко, — он заглядывает в мою чашку.

— Да. Но, главное, без сахара.

— Не любишь подслащивать горечь жизни? — он чуть наклоняется ко мне, подаётся вперёд через стол, так сильно заинтересован.

Я вижу в его глазах блеск, я чувствую, как он жадно поглощает каждое моё слово, словно ищет в них ответы на свои собственные вопросы.

— Кажется, в этом нет смысла. Это самообман, — отвечаю.

Мы говорим не про кофе. Мы говорим друг о друге.

Ростислав такой же горький, честный и прямолинейный, как американо в его чашке. Без примесей, добавок и прочей шелухи. Он не прячется за масками, и это притягивает меня с какой-то пугающей силой. Он красивый. Он сильный. Страшная потеря не сломила его — он сидит передо мной собранным, целым, целеустремлённым. И в то же время, я видела в нем такую же надломленность, как и во мне.

Он улыбается. Так, как я себе представляла — с теплотой, прямотой и открытостью. Его глаза цвета кофе, глубокие, бездонные. В них много понимания и мудрости. В них темнота пережитого.

Он темноволосый, у него плотная щетина на лице, которая постепенно превращается в бороду. Он молод. Ему не больше сорока. В самом расцвете сил, как говориться.

И в этом самом расцвете сил и жизни остаться одному. Не иметь смысла жить. Это так несправедливо.

Реальный мужчина из виртуальной сети. Параллельная вселенная, которая вдруг решает пересечь мою. Я ни о чём не думаю, я просто пью свой кофе и пытаюсь не слишком сильно выдавать своё волнение.

Валера, мой муж, друг детства, первый и единственный мужчина, всегда был частью меня. Мы были в симбиозе или, как это модно сейчас говорить, в слиянии, неотделимыми. А теперь я словно делаю свои первые шаги дрожащими от страха ногами. Ещё не время себя хоронить, мама с папой не хотели бы этого для меня — я была их единственной дочерью.

Это просто кофе и ни к чему не обязывающий разговор. Вера правильно сказала, мне нужно просто начинать общаться. Просто потихоньку вылезать из своей ракушки. Но почему-то с Ростиславом это было совсем не «просто». Это было… опасно.

— Спасибо, что согласилась встретиться.

Голос у него бархатистый, обволакивающий. Уверенный. Он проникал под кожу, заставляя меня задержать дыхание.

Если бы я встретилась с ним случайно, то ни за что не догадалась бы, что у него за душой такая трагедия. Он держался с такой достоинством, что это вызывало не только уважение, но и острое, почти болезненное любопытство.

Мне почему-то кажется, что я его уже где-то видела…

Это ощущение было навязчивым, словно я пыталась стремительно ускользающий из памяти сон.

— Это было так важно для тебя? — вырывается у меня, и я тут же жалею о своей прямолинейности.

— Не каждый день находишь человека, который бы тебя понимал. — В его ответе не было ни тени лести, только голая, обезоруживающая искренность. И я почувствовала, как эта искренность пробивает еще одну брешь в моей броне. Мне очень хочется ему поверить.

— Тебе очень повезло, что я тебя не заблокировала. — Я попыталась отшутиться, чтобы скрыть внезапно нахлынувшее смущение. Мое сердце забилось быстрее. Он тихо рассмеялся, и этот звук был низким, приятным.