Книга Наследница сокровищ Третьего рейха, страница 221 – Бахтияр Абдуллаев

— Да, господин Саидакмал, ваш отец Сайдаматов Саидхожа жив, он в Австрии, ждет и надеется, увидеться с вами.

— Мой отец жив, мой отец жив, – рыдая, повторял Саидакмал.

— Да, он жив и чувствует себя прекрасно. Ваш отец один из богатейших людей в мире.

— Правда, что мой отец жив, вы не обманываете меня? Вы не ошибаетесь, именно мой отец жив, а не другой? – Только и твердил Саидакмал.

— Да жив и вы с ним через пару дней встретитесь.

— Как через пару дней увижу? Вы же говорите, что он в Австрии?

— Да, он в Австрии и скоро мы туда поедем, и вы обнимите своего отца.

Тут Саидакмал пригласил гостей в дом, где он работал,

— Простите меня, это не мой дом, но мы могли бы поговорить там. Вы мне рассказали бы о моем отце, – приглашая их, попросил Саидакмал.

Когда они прошли во двор, там под виноградником стоял топчан, и гости, пройдя к нему, расселись на нем.

— Господин Саидакмал, я не представил вам моих спутников. Госпожу Шлюсенбуг вы уже знаете. Вот эти молодые люди, как вам говорил представители Красного Креста, Николас Скания и Якоб Грин. А эти господа ваши соотечественники Саидасрор Икрамов и Миролим Турсунов, представлены к нам правительством Узбекистана.

Поприветствовав их, Саидакмал предложил им пиалу чая.

— Нет, спасибо, не стоит беспокоиться. Господин Саидасрор нас уже вдоволь накормил в Коканде. Я не вижу хозяина, и вроде в доме никого и нет?

— Да, вы правы, Владимир Кондратьевич, хозяев нет дома. Он вместе с семьей уехал в Ташкент, приедут только завтра.

— Но мы хотели вас сегодня же забрать с собой в Москву.

— Как сегодня? Мне нельзя оставлять дом без присмотра, должен дождаться хозяев.

— Не беспокойтесь Саидакмал ака, мы присмотрим за ним, и в целости и сохранности сдадим его,– успокаивал его Саидасрор.

— Прошу вас, позвольте мне самому дождаться хозяина. Если я уеду, будет не правильно, не по-человечески, – настаивал Саидакмал. – Владимир Кондратьевич, а у вас с собой нет фотографии моего отца. Какой он сейчас, мне хотелось бы на него взглянуть, надеюсь, вы меня понимаете?

— Простите, простите меня Саидакмал, можно я вас так буду звать.

— Конечно, нет проблем.

— И вы, называйте меня Володей. Есть у меня фотография господина Саидходжи, я вам сейчас ее дам, – сказав, он достал из кармана своего пиджака фотокарточку и протянул ее. – Вот этот человек и есть ваш отец.

Осторожно взяв ее на руки, сначала взглянув на Харитонова, а затем на остальных, Саидакмал пристально стал всматриваться в человека, запечатленного на этой фотографии. На карточке был изображен человек примерно шестидесяти, может чуть больше лет. Полностью седой, но видно еще прилично бодрый. Глядя на него, Саидакмал впервые видя хоть и на карточке, изображение отца, и гладя ее, рыдая, говорил,

— Это мой папа, это мой папа, папочка, папа….

— Не переживайте Саидакмал, все позади, скоро вы с ним встретитесь, – положив руку на его плечо, пытался успокоить его Харитонов.

Саидакмал еще долго смотрел на фотографию отца, а затем, спросил у них,

— Если вы сегодня не уедете, вам есть, где остановится?

— Да есть, мы сняли номера в гостинице Шахрихан в Коканде.

Потом еще несколько часов проговорили. Харитонов рассказал ему, как отец попал в Австрию. Рассказал о том, что он не предатель и не изменник Родины, уже реабилитирован и для Саидакмала у них есть официальный запрос Австрийской Республики.