Книга Дыхание снега и пепла, страница 440 – Диана Гэблдон

— Ты же придешь, так ведь? — спросил Алан Йена. Йен удивленно глянул на него в ответ и неуверенно потер костяшками пальцев верхнюю губу.

— О, ну, я ведь крещен католиком, так что…

— Ну ведь ты христианин, по крайней мере? — отозвался Алан несколько нетерпеливо. — Или нет? Поговаривают, ты стал язычником среди индейцев да так им и остался.

— Вот как? — Йен говорил спокойно, но Роджер заметил напряжение в его лице. Он с интересом отметил, что Йен не ответил, вместо этого задав вопрос ему: — А твоя жена придет тебя послушать, кузен?

— Придет, — ответил он, мысленно скрещивая пальцы на этот день, — и маленький Джем тоже.

— А вот так? — спросила Бри, глядя на него с выражением ликующей гордости, подбородок приподнят, губы чуть раскрыты. — Джеки Кеннеди. Этот вариант неплох, как думаешь? Или лучше попробовать королеву Елизавету на смотре войск? — Она сжала губы, и ее лицо теперь выражало не восхищенное внимание, но сдержанное одобрение.

— О, миссис Кеннеди, прошу, — выбрал он. Он будет рад, если ей просто удастся сохранить серьезное лицо, не говоря уже о более сложных комбинациях.

— Что ж, тогда я приду, если ты считаешь, что никто не воспримет это неправильно, — добавил Йен деликатно в сторону Алана, который добродушно отмахнулся от его слов.

— О, там будут все, — повторил Алан, и от этого замечания у Роджера что-то ухнуло в животе.

— Надеетесь достать оленя? — спросил он, кивая на ружья и надеясь сменить тему разговора на что-нибудь, не имеющее отношения к его предстоящему дебюту в качестве священника.

— Да, — ответил Алан, — но мы услышали крик пумы в этой стороне, — он кивнул, обводя глазами лес вокруг них. — Йен говорит, что если где-то рядом пума, то олень нам не светит.

Роджер бросил подозрительный взгляд на Йена, чье подчеркнуто спокойное лицо сказало ему больше, чем он хотел знать. Алан Кристи, рожденный и выросший в Эдинбурге, мог и не отличить звериный крик от человеческого, но Йен-то уж точно отличал.

— Жаль, что она распугала дичь, — заметил Роджер, приподнимая одну бровь и глядя на Йена. — Пойдемте, я составлю вам компанию по пути назад.

* * *

Он выбрал «Любите ближнего своего, как самого себя» как тему для своей первой проповеди. «Старое, доброе…» — как он сказал Брианне, заставив ее немного скривиться. Он слышал сотни вариаций на эту тему и был вполне уверен, что ему хватит материала на необходимые тридцать-сорок минут.

Нормальная служба в церкви была гораздо длиннее — чтение псалмов, обсуждение проповеди, молитва за прихожан, — но его голос был еще недостаточно силен. Ему нужно начать с малого, чтобы постепенно прийти к полноценной службе, которая легко могла продолжаться около трех часов. Он договорился с Томом Кристи, который был старейшиной, чтобы он взял на себя чтение псалмов и молитвы. А там будет видно, как пойдут дела.

Брианна скромно сидела в сторонке, наблюдая за ним, — слава богу, не как Джеки Кеннеди, но каждый раз, когда он ловил ее взгляд, скрытая нежная улыбка искрилась в ее глазах.

Роджер взял с собой заметки на случай, если иссякнет вдохновение, но они ему не понадобились. У него перехватило дыхание на пару секунд, когда Том Кристи, закончив читать отрывок, захлопнул Библию и кинул на него многозначительный взгляд, но, начав говорить, Роджер сразу почувствовал себя уверенно — это было очень похоже на чтение лекций в университете; хотя, видит Бог, паства слушала его куда внимательнее студентов. Они не прерывали его речь вопросами и не спорили — по крайней мере, пока он говорил.