Книга Путешественница, страница 604 – Диана Гэблдон

Парнишка боялся точно так же: он ухватился за мою руку изо всех сил и повис на мне.

Я пожала его узкую ладонь и отчаянно хотела пожать лапищу Джейми. К счастью, он стоял довольно близко от меня, и я быстро нашла его.

— Эуон здесь. Джейми, умоляю, идем отсюда!

Ответом послужило сильное пожатие. Вцепившись друг в друга, чтобы не упасть и не пропасть в этом страхе, поглотившем все вокруг, мы направились к выходу, пытаясь не запутаться и не потеряться. Ветер кружил вокруг нас и завывал за нашими спинами.

На Джейми была белая рубашка, но я не видела даже намека на белое пятно перед собой. Так же обстояло дело и с моей одеждой: моя светлая юбка обвивалась вокруг ног, я слышала, как она шелестит, но не видела ее.

В трещинах и щелях между стенами пещеры шептало и стонало, и все время казалось, что ветер приносит голоса, раскрывающие ужасные тайны или обвиняющие нас во всех смертных грехах. Голоса то стихали, то делались громче, и мы бежали от них, однако они повсюду настигали нас.

— Это она! Я слышу, как она идет! Она идет сюда, боже! Боже! — разрезал ветер визг Эуона.

Прекрасно помня, что Джейлис мертва, я не могла освободиться от мысли, что мальчик прав и она идет сюда, живая ли, мертвая ли, воскресшая ли, но идет. Это не могло быть правдой, как подсказывал голос рассудка, но ноги становились ватными, я цепенела и останавливалась, пытаясь уцепиться за камни и зарыться в них.

Джейми взял нас обоих в охапку и прижал к себе. Я так явственно почувствовала среди этого ужаса запах соснового дыма, бренди и мужского пота, что чуть не разрыдалась.

— Заткнитесь, оба! Не скулите, я выведу вас отсюда. Идите и не бойтесь ничего — я не позволю ей притронуться к вам, — резко бросил он, чтобы привести нас в чувство.

Стук его сердца снова был громче, чем ветер и зов камней. Я ткнулась щекой ему в грудь, а у плеча ощутила подростковое плечико Эуона.

— Идемте. Нам нужно идти. Нас ждут. Там начинается буря, наверху, а когда меняется погода, скалы поют так, как мы сейчас слышим. Не бойтесь, мне приходилось такое слушать и, смею вас заверить, в этом нет ничего страшного. Идемте.

Пока мы выбирались из пещеры на свет божий, пока озирались да моргали, буря миновала. Дождя мы уже не застали, зато мир был в его радужных каплях, обновленный и освеженный.

Натуралист прятался под мокрой пальмой, но вскочил при нашем появлении и перестал хмуриться.

— Что случилось? — встревожился он при виде окровавленного Джейми.

— Ничего страшного.

Джейми ободряюще улыбнулся и широким жестом указал на мальчика:

— Мой племянник Эуон Мюррей, извольте познакомиться. Эуон, честь имею представить доктора Штерна, помогавшего в твоих поисках.

— Спасибо вам, доктор. — Эуон вытерся рукавом и слабо улыбнулся, моргая: — Я ждал тебя, дядюшка, но не так поздно.

Неуверенная улыбка, игравшая на его губах, исчезла: мальчик задрожал и принялся часто-часто моргать, сдерживая слезы.

— Да, ты прав, малыш. Я виноват перед тобой, прости меня, bhalaich. Иди сюда.

Джейми с силой притянул Эуона к себе и крепко обнял, приговаривая какие-то успокаивающие фразы по-гэльски.

Я засмотрелась на них, чувствуя, как гора падает с плеч, и не услышала вопроса Штерна:

— Миссис Фрэзер, а с вами все в порядке? Как вы себя чувствуете?