Книга Звезда бессмертия, страница 50 – Анна Чернышева

В крайнем раздражении я начинаю сборы в институт. Разумеется, как всегда, начинаю не с того. Наверное, с психу, мне крайне не нравится собственное отражение в зеркале. Я решительно хватаю тушь и принимаюсь зверски красить ресницы. Только завершив работу, соображаю, что так и не умылась. Это открытие застает меня врасплох, но идет на пользу. Я перестаю суетиться.

Невероятно, но в институт я являюсь в срок и блистательно красивая. Все идет как всегда: лекции длинные, перемены короткие, только моих подружек ни Светки, ни Ленки, нигде не видно. Ленка особа легкомысленная, азартная, всегда готовая как-нибудь повеселиться. Даже ее мелкие кудряшки торчат во все стороны очень жизнерадостно. Хотя она не устает жаловаться, что прическа ее раздражает, все-таки эта персона обладает удивительной способностью устроить бурю в стакане воды, и умудряется идти по жизни не удостаивая своим вниманием серьезные проблемы. Вследствие отсутствия привычных собеседниц, я начинаю слишком много думать. Разумеется, не на тему лекций. «Сопромат», конечно, предмет важный. И нас заранее предупреждали, что сдать его так же трудно, как прыгнуть выше головы. Но не идут мне в голову все эти сдавливания, скручивания, воздействие H₂O и окружающей среды. Волей не волей, я опять уношусь мыслью «туда».

Даже интересно, кто мне больше нравится, Александр или Ганс из моих снов. Фу, Ганс просто не может мне нравится! Он такой грубый, неотесанный. Безусловно, мне милее Александр, хотя бы потому, что он настоящий, живой. Живой… задумываюсь я. Странно, меня немного напрягает его вежливость, предупредительность и невозмутимость. В каком-то смысле «Кроха» из снов гораздо живее. Но грубость, все-таки отвратительна! Неужели то что, он мне приснился, означает что подсознательно, я хотела бы видеть своего мужчину таким. Боже упаси!

И вообще, хватить думать обо всей этой мистике! Чушь это все! Сама себе напридумывала всякой ерунды, надо вернуться к реальности.

А в реальности продолжается лекция по сопротивлению материалов. Я старательно вслушиваюсь в слова преподавателя, но одно упоминание об «усталости металла» будит во мне нестерпимое желание зевать. Я еле дотягиваю до конца пары.

Свобода окрыляет! Усталость и сонливость мгновенно улетучиваются. Я быстрой и энергичной походкой покидаю наскучившие стены альма матер, резко открываю тяжелую входную дверь. Едва ступив на старый уличный асфальт, я попадаю в объятья любимой подруги.

— Лиза, Лиза! Со мной такое случилось! – трясет она меня как грушу.

Я сразу заражаюсь ее настроением, начинаю волноваться и сопереживать.

— Леночка, на тебе лица нет, куда ты опять влипла?

— Точно, влипла! – признает Лена, – но я не виновата! Я всегда, всегда их боялась!

— Кого?

— Это гипноз, я сама не своя, она меня заболтала.

— Да, кто? Кто? Тебя ограбили?

— Нет, – начинает плакать Лена, – я сама ей все отдала: и золотую цепочку, и сережки, и деньги!

— Отдала цыганке? – на всякий случай уточняю я.

— Да, – ревет Лена, – я дура, просто дура!

— Подожди, где это случилось?

— Здесь, совсем рядом! На троллейбусной остановке.

— Идем!

Я хватаю Лену за руку, и мы бежим на остановку. Честно говоря, я сама еще понятия не имею, что собираюсь предпринять, когда увижу цыганку. Абсолютно точно одно, драться я не буду. Зато моя подруга не знает сомнений, кажется, только пожаловавшись мне, она осознала все случившееся и сразу поняла, что нужно делать. Теперь уже Ленка очень торопится и тащит меня за собой. Мы быстро пробегаем весь институцкий переулок и выскакиваем на центральную улицу.