Книга Звезда бессмертия, страница 47 – Анна Чернышева

Интересно, каким образом, можно вызвать эти видения? Задавшись этим вопросом, я уже не могу спокойно сидеть на диване, вскакиваю и хожу по комнате. Вдруг меня осеняет:

— Свет! Надо погасить свет!

Я бросаюсь к выключателю и решительно лишаю себя освещения. В комнате мгновенно воцаряется темнота, но фонари за окном не гаснут, я прекрасно различаю очертание своей мебели, а средневекового сарая нет и в помине! Ничего таинственного не происходит. Я жду минут пять, чувствую себя человеком «частично вменяемым», как выражались в психушке, и решительно включаю яркий свет.

Вся моя жизнь вдруг представляется ужасающе пресной и предсказуемой. Последнее время, конечно, произошло много неожиданного, но это все не то – не красиво и не романтично. Машины, менты, психушка – нет, совсем другого просит душа! Я всерьез задумываюсь, чего именно мне хочется. Воображение охотно рисует теплое море, белые паруса, влюбленного принца. Почему-то опять вспомнились мои средневековые виденья. Хочу «туда»! «Там», все как-то иначе! Не то, чтобы мне сильно понравился мой спаситель, но что-то в нем есть!

Подобные размышления не оставляют меня весь остаток вечера. Телевизор включать не хочется, сидеть без дела, просто так не в моих правилах. Я пылесошу, вытираю пыль, мою пол, в голове все крутятся возможные продолжения примерещившейся мне средневековой истории. Удалось верзиле спастись или нет? И что стало с «заморышем», то есть со мной? Вот бы узнать!

С этой мыслью я засыпаю. А сниться мне всякая чушь! Пьяные электрики, африканские страусы и что-то похожее на лифт. Я просыпаюсь разобиженная, сажусь на кровати, смотрю на будильник. До подъема в институт остается всего час. Я нащупываю ногами тапки, тащусь на кухню, пью воду, жду чего-то, и наконец, решительно возвращаюсь назад, в постель.

Опять просыпаюсь от жуткого холода, верзила грубо стянул с меня попону. Я смотрела на него во все глаза и ничего не могла понять. Откуда взялся рыжий жеребец. Он уже принялся бесцеремонно жевать сено подо мной, когда я рассмотрела сидящего на нем всадника, и счастливо заулыбалась.

— Откуда у тебя конь? – удивленно спросила я.

— Спер! – гордо заявил громила.

— Воровать не хорошо!

— Знаю, Заморыш, знаю, – отмахнулся мой спаситель, – но иногда, это абсолютно необходимо. Разве ты никогда не брала чужого, Заморыш?

— Чужого я никогда не брала и не называй меня заморышем, – слабо возмутилась я.

— Интересно, и как же мне тебя называть, мадмуазель Плохие Дрова, Худой Ведьмочкой или еще как-нибудь?

— Я Гретта Анхель Фридерика, – обиженно буркнула я.

— Лучше, я буду звать тебя Заморышем, – хохотнул верзила.

— А мне как тебя называть Городской Башней или Громилой? – постаралась его зацепить я, да не тут-то было. Он опять рассмеялся:

— Зови меня Крохой, я не против!

— А имя-то у тебя есть? – не отставала я. – Как тебя нарекли при крещении? Ты вообще крещенный?

«Кроха» не стал мне отвечать.

— Нашла время разговоры разговаривать. Надо сматываться отсюда! Полезай на коня!

Я так и сжалась от ужаса. За всю свою жизнь я близко к этим монстрам не подходила и всегда удивлялась, как мужчины с ними справляются. Я замотала отрицательно головой, попыталась снова завернуться в попону.

— Ни за что!

— А я тебе ничего и не дам, – заявил верзила, – я специально за тобой вернулся и все равно тебя отсюда увезу! Хочешь ты этого или нет.