Книга Пятая Жена Сурового Князя, страница 37 – Маргарита Фуаро

Женщина как договор.

Женщина как печать.

Женщина как повод.

Святозар снова улыбнулся.

— Княже, вы суровы даже в родственных словах.

— Я не родственник Черноречью.

— Пока нет наследника — любой родственный узел слаб.

При этих словах Яромира впервые пошевелилась.

Очень медленно повернула голову к Святозару.

Вот где было настоящее оскорбление.

Наследник.

Мой живот будто стал чужим ещё больше. В этом мире даже он принадлежал не мне. Там уже мысленно считали будущих сыновей, союзы, кровь, столы, земли.

Мне стало тошно.

— Милене надо отдохнуть, — сказал Ратибор.

Святозар склонил голову.

— Конечно. Только позвольте мне сказать пару слов сестрице. Родовое. При женщинах. Не при мужских ушах.

— Нет.

Одно слово.

Святозар поднял брови.

— Не доверяете?

— Да.

Прямо. Без украшения.

На этот раз усмешку сдерживали уже стужские дружинники.

Святозар медленно перевёл взгляд на меня.

— Тогда при всех, сестрица. Не забывай, чья кровь в тебе течёт.

Тело снова отозвалось страхом.

Но теперь я была готова.

— Кровь течёт у всех одинаково, Святозар Бориславич. Красная. Тёплая. Пока человек жив.

Варка бы одобрила. Наверное.

Святозар смотрел на меня уже без улыбки.

— Ты стала слишком разговорчива.

Эту фразу я будто уже слышала. Не ушами. Телом.

Маленькая тёмная комната. Чужие пальцы на подбородке. Голос близко: «Молчи, Милена. Красивые девки живут дольше, когда молчат».

Я пошатнулась.

Ратибор заметил сразу.

— Увести княгиню.

Малуша подхватила меня под руку.

— Я сама, — сказала я.

Но ноги дрожали.

Мы вышли из гридницы под десятками взглядов. За спиной снова заговорили, но тише. Святозар что-то сказал Ратибору. Ответа князя я не услышала.

В коридоре было прохладно. Я остановилась у стены, пытаясь дышать ровно.

Малуша шептала:

— Госпожа, только до терема. Сейчас дойдём.

Но за поворотом появился Святозар.

Один.

Без черноречских людей. Без стужской стражи. Улыбка вернулась к нему на лицо, но теперь уже не для зала.

Малуша ахнула.

— Князь велел…

— Князь велел многое, — мягко сказал Святозар. — А я хочу поговорить с сестрой.

Он подошёл ближе.

Малуша встала передо мной. Маленькая, испуганная, но встала.

Святозар посмотрел на неё почти ласково.

— Отойди, девочка.

— Нельзя.

— Можно.

Он произнёс это так, что Малуша побледнела.

Я положила руку ей на плечо.

— Малуша, подожди у двери.

Она не хотела. Я видела. Но спорить со мной при нём было нельзя. Девушка отступила всего на несколько шагов, не дальше.

Святозар наклонился ко мне.

— Что с тобой сделали?

— Заботились, как видите.

— Не играй. Ты смотришь не так.

— Как?

— Раньше ты смотрела в пол. Теперь — в горло.

Я молчала.

Он протянул руку и на этот раз всё-таки коснулся моего запястья. Не грубо. Почти нежно. Но тело Милены вздрогнуло так, что он усмехнулся.

— Вот это осталось.

Я резко выдернула руку.

— Не трогайте меня.

Его лицо стало холодным.

— Ты забыла, кто держал тебя за руку, когда твой отец решил, что от тебя нет пользы?

— Напомните.

— Осторожнее, Милена.

Имя прозвучало как удавка.

— Я сказал Бориславу, что ты ещё пригодишься. Я убедил его отправить тебя сюда не в обозе пленниц, а княжьей женой.

— Какая щедрость.

— Ты жива благодаря мне.

— Странно. Все вокруг говорят так, будто я жива им назло.

Он улыбнулся.

— Вот это новое. И опасное.