Книга Вечная погибель, страница 75 – Тигест Гирма

Глаза Джун покраснели, щеки опухли от слез. В голове у Кидан пронеслись миллионы мыслей. Джун кого-то убила. Увидела нечто ужасное. В конце концов, это Укслей.

Кидан вскочила с кровати и бросилась к сестре.

— Что случилось?

Джун судорожно сглотнула и моргнула, смахивая дымку с медовых глаз.

— Прости. Мне не следовало приходить. Мне приснился кошмар. Хотела проверить, все ли…

«Она пришла ко мне».

Кидан почувствовала болезненное облегчение.

В глубине души она этого ждала. Подглядывала за Джун в коридорах, гадая, когда дом заставит ее почувствовать невыносимые эмоции, но сестра лишь прижимала руку к стене, улыбалась и уходила. Обсерватория не терзала ее, как Кидан и Сузеньоса. Джун даже любила читать в обсерватории, мирно перелистывая под палящим солнцем «Введение в дранактию». Книга была написана на ааракском – языке, которого Джун знать не должна. Иногда Джун пробиралась в комнату с артефактами, останавливалась в конце длинных полок и просто смотрела на портрет Мудреца, и ее лента горела красной полосой среди сверкающего металла.

В последнее время Джун даже не ходила по дому Адане, а грациозно парила.

Возможно, дому и не требовалось причинять дополнительную боль, ведь Джун привыкла страдать задолго до приезда в Укслей. Или, может, дом решил, что его должна унаследовать Джун.

— Ты сказала, твои кошмары прекратились, – сказала Кидан. – Что ты чувствуешь себя в безопасности с Самсоном и Нефрази.

— Так и было.

Вживую было легче понять, когда Джун лжет. Ее пальцы теребили браслет-бабочку, вращая трехконечный амулет. Когда-то Кидан взяла серебряную звезду из коллекции Мамы Аноэт и расплавила два кончика. И Джун все еще не знала о смерти их приемной матери. И если у них есть хоть какая-то надежда, может не узнать никогда.

— Хочешь, расскажу тебе историю? – медленно спросила Кидан. Она сама не знала, зачем предлагает – ведь Джун предала ее и почти не шла на контакт с тех пор, как приехала в Укслей. – Про Запреты?

Это всегда помогало ей победить страх перед вампирами.

В какой-то миг ее сестра почти улыбнулась.

— Вряд ли это поможет.

— Ладно, тогда хочешь посидеть…

— Нет, мне пора. Самсону нужно…

— Что именно нужно Самсону? – Кидан старалась не шипеть. Но было тяжело слышать, как сестра беспокоится о монстре. – Ты вообще знаешь, что он сделал? Или просто слепо следуешь за ним?

По лицу Джун пробежал проблеск сомнения.

— О чем ты?

— Джи Кей, – выпалила Кидан, и океанское сияние затопило пространство. – Он мой друг, и Самсон забрал его. Я сделаю все возможное, чтобы вернуть его, но ты можешь помочь. Скажи, где он его держит.

Шанс для Джун все исправить. Но, судя по изумлению на ее лице, она не знала.

Джун сделала шаг назад, вытаращив глаза.

— Нет, я не могу.

Что-то внутри Кидан увяло и умерло. Вдалеке загрохотали грозовые тучи, холод пробирался сквозь занавески и расползался по полу.

— Просто убирайся, – процедила Кидан.

Джун посмотрела на дверь, потом снова на Кидан. Достаточно долго, чтобы у Кидан появились глупые желания. Она хотела, чтобы Джун осталась, наконец выбрала ее. Но Джун поспешила прочь.

Кидан захлопнула за ней дверь. Занавески подпрыгнули, и хлынул дождь – толстые струи безжалостно били в окно.

Закон дома полз по стене за туалетным столиком, переключив ее внимание на реальность. Кидан бросилась к нему, вглядываясь в золотые нити.