Книга Елизавета, у нас отмена!, страница 66 – Алексей Фирсов

В тот же вечер к заднему крыльцу Смольного дворца, тая в тени осенних лип, проскользнула закутанная в черный плащ фигура князя Долгорукого.

Елизавета Петровна сидела в своей будуаре в полном одиночестве. После депортации Лестока от неё шарахались даже собственные фрейлины. Когда перед ней внезапно возник старый князь Долгорукий и упал на колени, цесаревна едва не лишилась чувств.

— Князь! Вы с ума сошли?! — зашептала она, с ужасом оглядываясь на двери. — Уходите! У меня везде шпионы Правительницы! Если Анна Леопольдовна узнает… меня же в монастырь на Белое море сошлют! На Соловки! Треску мороженую жрать!

— Матушка Елизавета Петровна! Надежда наша! — горячо зашептал Долгорукий, хватая её за подол шелкового платья. — Не бойся! Вся старая знать за тебя! Сенат стонет от тиранства этой меркантильной девки! Она же не государыня, она лавочница! Управляет империей как кабаком, вельмож в грош не ставит, родовое дворянство на Урал ссылает!

— Ничего не знаю! Мне пенсию в три раза подняли! — отбивалась Елизавета, пытаясь вырвать подол. — У меня платья из Парижа идут! Я клятву на кресте дала!

— Да к чёрту платья, матушка! — шипел Долгорукий. — Сегодня она тебе пенсию платит, а завтра полную ревизию твоих счетов проведет и в Холмогоры закроет! У нас есть план! Франция нам больше не нужна, мы сами соберем золото! Мы подкупим ночные караулы в Зимнем дворце! У нас есть верные люди среди младших офицеров, кого Миних обошел чинами после Вильманстранда! Только дай свое имя! Мы ворвемся в покои немки ночью, арестуем её вместе со щенком-императором, а тебя объявим самодержицей всероссийской! Ты вернешь нам старые вольности, а мы посадим тебя на трон!

Елизавета замерла. Страх перед ледяным взором «старшего кассира» боролся в ней с вековой мечтой о короне. Она посмотрела на горящие, безумные глаза старого князя. У аристократии действительно были огромные связи и заначки со старых времен. Если весь Сенат и старая знать поднимутся одновременно…

— Вы… вы уверены, что гвардия не вступится? — дрожащим шепотом спросила цесаревна.

— Гвардия спит пьяная после Вильманстрандских празднеств! — заверил её Долгорукий. — А тех, кто будет стоять на часах, мы напоим вином со снотворным зельем через наших поваров! Всё готово, матушка. Выступление назначено на ночь с четверга на пятницу. Будь готова надеть кирасу!

Князь растворился в темноте, оставив Елизавету Петровну в состоянии лихорадочного озноба. Старая Россия, привыкшая жить по понятиям, воровать по чину и плевать на отчетность, готовилась нанести свой последний, отчаянный удар по корпоративной эффективности новой администрации.

Они не учли только одного: в «Пятерочке» всероссийского масштаба уборщицы и прачки работают круглосуточно, а главный специалист по аудиту персонала, фрейлина Менгден, уже несла в кабинет Правительницы свежий, только что перехваченный кухонный инсайд. Смена в Зимнем дворце обесчала быть исключительно жаркой.

ГЛАВА 26.АУДИТ ТАЙНОЙ КАНЦЕЛЯРИИ И ПРИОБРЕТЕНИЕ ПРОФИЛЬНОГО АКТИВА

Часы в кабинете Правительницы пробили полночь, когда в дверь даже не постучали, а поскреблись — тихо, настойчиво и с такой специфической интонацией, от которой у любого жителя Петербурга XVIII века холодела спина и подкашивались колени.