Книга Развод с драконом. Я стала хозяйкой запретного леса, страница 108 – Лиссбет Котцова, Маргарита Фуаро

— Он держит пальцами!

— Тогда ломайте пальцы, если другого выхода нет.

За воротами стало тихо.

Даже Вискар замолчал от ужаса.

Я не смягчила голос.

— Выбирайте, лорд Вискар. Пальцы или рука.

Он заскулил.

— Делайте…

Алана побледнела, но взяла вторые щипцы. Генерал лично схватил чиновника за плечи и удержал. Раздался хруст.

Вискар завопил.

Футляр упал на землю.

И тут же попытался поползти обратно к нему.

— Капсулой! — крикнула я.

Алана накрыла футляр стеклянной капсулой. Та вспыхнула зелёным — дом, лес или источник откликнулись через ворота. Футляр забился внутри, как живой.

— Уберите его от больных! — сказала я. — В отдельную яму, без огня. Засыпьте солью, если есть.

Генерал Орвальд смотрел на капсулу так, будто впервые в жизни увидел приказ, который пытался сбежать.

— Это было в императорском футляре, — сказал он.

— Да.

— Значит, приказ…

— Потенциально заражён. Как и все, кто его трогал.

Орвальд медленно поднял взгляд на меня.

— Включая меня?

Я посмотрела на его руки.

Чистые.

Пока.

— Симптомы?

— Нет.

— Не значит, что здоровы. Но паника тоже не лечение.

Он коротко кивнул.

— Что делать?

Прекрасный вопрос.

Лучший вопрос, который может задать власть в эпидемии.

— Разбить лагерь за воротами. Три зоны. Здоровые — отдельно. Контактные с приказом — отдельно. Больные — отдельно. Все печати, футляры, императорские ленты и документы — в изоляцию. Никто не входит в лес. Никто не жжёт заражённые предметы. Никто не касается драконов без необходимости. Алана руководит медицинской частью на вашей стороне. Мои люди — на этой.

— Ваши люди? — переспросил Орвальд.

Я оглянулась.

За моей спиной стояли Северин, Матвей, Рейнар на носилках и сам лес.

— Да, — сказала я. — Мои.

Слово получилось неожиданно тяжёлым.

И неожиданно верным.

Северин посмотрел на меня.

Я не обернулась второй раз.

Иначе могла сбиться.

— Я не могу игнорировать императорский приказ, — сказал генерал.

— Можете, если приказ является переносчиком заражения и исходит от пациента, находящегося под влиянием гнили.

— Это измена.

— Это карантин.

Рейнар слабо усмехнулся.

— Она любит это слово.

— Потому что оно спасает жизни.

Генерал посмотрел на Рейнара.

— Герцог Астерхольд, вы подтверждаете?

Рейнар с трудом приподнялся на локте.

— Алый дом подтверждает наличие заражения через артефакты и печати. Подтверждает, что источник Глухолесья стабилизировал моё состояние. Подтверждает, что приказ об изъятии источника мог быть подделан или заражён.

— “Мог быть”?

— Я болен, генерал, не глуп. Пока нет осмотра императора, говорим осторожно.

Орвальд кивнул.

Потом посмотрел на меня.

— Вы сможете лечить моих людей через ворота?

Я посмотрела на солдат у повозок.

На молодого, который уже начал бредить.

На мага, держащего руку у груди.

На лекарку Алану, которая стояла прямо, хотя её трясло.

— Всех — не знаю. Некоторых — да. Если будете выполнять указания.

— Буду.

Хороший ответ.

Слишком быстрый для человека с армией.

— Тогда начинаем сортировку, — сказала я. — Алана! Сколько тяжёлых?

— Шесть!

— С признаками голоса?

— Четверо!

— С контактом с печатью?

— Не знаю!

— Узнавайте. Имена, время контакта, симптомы. Пишите, если можете.

— На чём?

— На простой бумаге. Без печатей!

С той стороны началось движение.

Не наступление.

Работа.

Солдаты, привыкшие к приказам, вдруг получили понятные задачи. Одни растаскивали палатки. Другие рыли яму для заражённых предметов. Алана командовала так, что я мысленно поставила ей высшую оценку. Генерал Орвальд снял с груди императорский знак, посмотрел на него, помедлил и приказал положить в отдельную коробку.